Оглавление / Дневники / Эта страница
Назад

Дивна сила имени Господня и Креста Животворящего! Страсть ли какая есть в сердце, тяжелое ли непонятное томление — сделай из пальцев правой руки спасительное имя Иисуса Христа, ударяй им по чреву — и страсть или томление сейчас пройдет. — И Христос Господь, и диавол самым ощутительным образом дают нам чувствовать свое присутствие в нас: Один — миром и услаждением, другой — беспокойством и смертельною тяжестию.

Люди рождаются от испорченного корня, являются в мир нравственный, или в мир рода человеческого, также испорченный. По этому уже одному никто из людей, кто бы он ни был, не может хвалиться собою, поднимать высоко свою голову и рассуждать по-своему об установлениях и действиях Церкви, клонящихся к исправлению и очищению испорченного человечества. Люди в этом отношении сами по себе часто бывают слепы и совершенно не знают, как должно быть поступ-лено с ними, чтобы ослабить их внутреннюю порчу. Потому-то всякий должен беспрекословно подчиниться водительству Церкви, зная наверное, что что бы она ни делала с нами — верно делает к нашему благу и спасению.

Так как детей своих духовных ты не учишь по домам, то взамен этого на исповеди старайся не только подробно узнать о его душевном состоянии, но и научить его вере, надежде и любви, хоть в самых коротких словах.

Когда Моисей поднимал во время молитвы руки — тогда побеждал Израиль, а когда опускал — тогда побеждал Амалик. Так сильна молитва. Не мудрено, что когда ты молишься о себе и о всем своем семействе, у тебя все бывает хорошо, а когда не молишься или худо — тогда нехорошо бывает и в семействе.

Помни бесплодную смоковницу.

В лицах, упомянутых в Евангелии и Апостольских посланиях, в их слабостях или совершенствах представлен весь последующий мир христианский: и теперь то же повторяется, что было с тогдашними людьми. А Иисус Христос вчера и днесь Той же, и во веки (Евр. 13, 8); значит, Он и ныне с нами, как и с апостолами и с тогдашним народом; только вместо апостолов поставьте ныне людей, близких к Богу по особенному избранию или призванию в общение с Ним и благочестивой жизни, а вместо народа — нынешний народ с его страстями или добродетелями.

Когда хочешь молиться Владычице, наперед окинь взглядом Ее безмерное величие или безмерное расстояние, которое отделяет Ее, Святейшую Херувим, от тебя, грешнейшего более всех, и тогда молись Ей с глубочайшим смирением.

Чтение медленное и легко, успокоительно для самого читающего, а чтение поспешное — трудно и беспокойно.

Младенчество и юность человека — путь слабостей есть, трудностей и несовершенств, равно как и все последующее время. Для чего? Для того, чтобы научить человека смирению. Ты теперь почитаешь себя умным, образованным, многосведущим? Не гордись, но вспомни свое младенчество и свою юность: чем ты был тогда?* Воздай славу единому Богу, не делай из себя кумира.

* Текст: Младенчество - был тогда? — в рукописи перечеркнут.

Я — тварь кратковременная, но вижу, что в видимом мире есть твари не кратковременные, а долговечные: например, камни, море, реки, горы, долины, вся вообще земля, все вообще небо. (Все это, я вижу, не от себя самого получило бытие, а от Всемогущего, Разумного Существа — Бога.)* Отсюда заключаю: если тварь существует так долго, так много столетий, даже тысячелетий, то Творец должен быть вечен. От кратковременного, эфемерного естественно я перехожу к долговечному, так как вижу его на самом деле, а от долговечного — к вечному собственно или бесконечному, потому что Бесконечный ничтожную частицу Своей бесконечности по времени и пространству благоволил уделить конечной, временной Своей твари: время — не что иное, как ничтожное чадо бесконечности, равно как. и пространство. — Февраля 11-го дня 1858 года.

Слава чудесной Силе Животворящего Креста Твоего, Господи!

Моим сердцем овладела вечером страсть зависти и сильного негодования на NN, и демон, получив повод тиранить мою душу, тяжко давил ее. Но я, с верою изображая во время вечерней молитвы крестное знамение, нарочито придавил нижним концом знамения крестного чрево свое — и вся тяжесть мгновенно исчезла и радость поселилась в душе моей. Страсть также мгновенно миновалась. — 6 февраля 1858 года.

* Текст: (Все это - Бога.) — в рукописи перечеркнут.

Изображай же при каждой страсти крестное знамение. — Где будешь чувствовать тяжесть, там особенно и полагай спасительное знамение. — Помни также, что не напрасно Церковь говорит о силе Креста и в молитвах своих просит у Господа даровать нам силою Креста Его разные духовные блага. Церковь говорит это с опыта.

Молитвы домашние суть как бы введение, приготовление к молитвам церковным. Поэтому кто не привык молиться сердечно дома, тот редко может усердно молиться и в церкви.

Велика и знаменательна молитва Господня: Отче наш! Как она много предметов обнимает и как многому научает! Например, из третьего прошения можно видеть и знать, что на небе есть святые существа, беспрекословно, но и постоянно исполняющие волю Отца Небесного. Четвертым прошением она учит нас просить у Бога только на нынешний день насущного хлеба! Отсюда люди с состоянием должны взять себе урок — искреннейшей благодарности Богу за излишки.

Когда молишься, старайся, чтобы молитва прошла чрез твое сердце, то есть чтобы непременно почувствовало сердце то, о чем ты говоришь в молитве, чтобы оно пожелало того блага, коего просишь.

Я — труба славы Божией, и потому яко истую трубу всегда должен возвышать глас свой пред народом, в церкви и в домах.

Бога человекам невозможно видети*: потому что они не стерпели бы Его неприступного света; на Него же не смеют и чины Ангелъстии"', даже ближайшие к престолу Сущего Херувимы и Серафимы, взирати. Но Кого невозможно было видеть в Его чистом, неприступном Божестве,

* Ирмос 9-й песни Канона, 6-й глас. ** То же.

Того увидели в одежде плоти человеческой: чрез Пречистую Богородицу явилось человекам Слово Божие, вседейственное и всезиждущее во плоти. Величая Его с Небесными воинствами, мы и Тебя, Владычица, ублажаем.

Не видишь ли, человек, что мысль твоя часто уносит тебя за пределы этого мира? Узнай из этого, что твое назначение не ограничивается жизнию на земном шаре, но переходит далеко за его пределы.

Боже мой! До сих пор я не научился не торопиться и не смущаться мыслию при чтении молитв и при произношении ектений и возгласов, несмотря на тяжелые вразумления, делаемые мне Богом скорбию и теснотою в сердце в этих случаях. Да вразумлюсь же, наконец! Верно слово Апостола: скорбь и теснота на всяку душу человека творящаго злое, Иудеа же прежде и Эллина (Рим. 2, 9). — Мир подаждь ми, падшему, Человеколюбче!..

Господи! Ты Жизнь моего сердца! Постоянные опыты уверяют меня в этом. Сомнение о Тебе или о пречистых Твоих Тайнах всегда сопровождается сильною скорбию, стеснением моего сердца, тогда как, напротив, вера всегда оживляет, радует и расширяет мое сердце! — Вообще все грехи мои (происходящие от маловерия или от душевной слабости в вере) сопровождаются убийственною тяжестию в моих внутренностях, в костях моих, как говорит Псалмопевец, тогда как таинства или обряды веры, совершаемые с верою в сердце, всегда успокоительны для меня. — Что же после этого сказать еще? — «Буду же я всегда живо верить во все, что требует от меня веры!» Но не могу поручиться за твердость моей веры на будущее время: нужно постоянное, неусыпающее ни на минуту внимание, бодрствование души, чтобы удержать ее в сердце. Ее так и вырывает кто-то из души при малейшей моей оплошности. — Со слезами на глазах от горестного опыта говорю слова эти. — Февраля 8-го дня 1858 года.

Причастники. Панихида в клубе.

Вера необходима везде в жизни: разумею не обыкновенную только веру, но и веру Божию. Особенно она необходима при совершении Богослужения, таинств и обрядов веры. Без веры чрезвычайно тяжело совершать службу, таинства и обряды, а с верою — удивительно легко и приятно. Тогда труд бывает животворный, успокоительный для души.

Когда на тебя будут нападать помыслы неверия, вспомни о том времени, когда ты был младенцем, то есть когда ты был так ничтожен и по душе, и по телу. И когда Господь отверз только что тебе дверь бытия и дверь этого великолепного, светозарного мира, сопричислив тебя к бесчисленным сонмам тварей Своих. — Это удивительно смиряет душу и вводит в нее животворную теплоту веры.

Вера — жизнь моего сердца, сладость моей души; неверие — смерть, тяжесть, убийственная для души. Первая — чадо Божие, другое — чадо диавольское.

Чернило, падая с пера, или капля воды и другой какой-либо жидкости, упадая из сосуда, или также дождь из облаков образуют правильный круг на земле или на том месте, куда падают. Что это значит? — Нельзя ли эту аналогию распространить на небесные миры?

В Евангелии из слов и действий Спасителя мы видим, что Он был Творец, Повелитель мира невидимого, ангельского, мира видимого, вещественного и рода человеческого. Повелевает Он духам — и они беспрекословно повинуются, хотя тяжело им было повиноваться; повелевает вещественной природе — и она, как покорнейшая раба, повинуется и одному Его слову, одному манию; учит людей — и они, как овцы пажити Его, стекаются на сладчайший глас Его, узнают в Нем Творца своего и Господа; Его слово имело непреоборимую силу над умами и сердцами простыми, неиспорченными. — Овцы Моя гласа Моего слушают...*

Какое дивное устроение Господа по отношению к людям верным и неверующим, добрым и порочным! Если мы верою приближаемся к Нему, то Он входит в нашу душу и приносит с Собою чудное спокойствие или тишину и умиление, соединенное с тихою животворною радостию; если же, невернии, удаляемся от Него, то и Он удаляется от нас со Своею тишиною или миром и радостию, и тогда в сердце нашем бывает самое тяжелое томление, тоска, грусть и мертвящая пустота. Тогда душа громко вопиет нам, что мы оставили Источника воды живы (Иер. 2, 13) или Он Един, искушая нас, оставил нас, и потому-то в нас нет жизни. — Одна мысль неверия или поползновения на зло удаляет от нас Господа, равно как также одна искренняя, сердечная мысль веры и стремление к добру привлекают нам Господа, Его мир и животворную радость.

Фраза: Овцы ~ слушают... — в рукописи вписана карандашом.

Твой грех неверия при Богослужении сильно прогневляет Бога, как некогда грех неверия Моисея при изведении воды из камня. Да ты и занимаешь место Моисея: ты тоже посредине между Богом и людьми. Смотри, чтобы и тебе не умереть прежде времени за свой грех, как умер Моисей. Всячески воздерживайся во время обедни от малейшего порыва гнева, всячески старайся сохранять в душе мир, всячески старайся, чтобы сердце твое не зазирало тебя; от малейшего зазрения сердца вера покинет его.

Люди вначале бывают младенцами беспомощными, совершенно немощными для того, чтобы они, возросши большими, обращали внимание свое на состояние младенчества — и не забывались, не мечтали о себе слишком много, особенно чтобы не мудрствовали, паче еже подобает мудрствовати (Рим. 12, 3).

Посылая мне разные искушения, Бог велит мне любомудрствовать. Тебя обижают? Говори себе: «Ради Господа буду терпеть обиду». Исправляйся чрез эти испытания от своих недостатков. Если бы не было испытаний, ты и не заметил бы своих слабостей.

Я проповедую, учу, но если нет в словах моих апостольской любви к пастве, апостольской ревности об их спасении, мало мне от того учения пользы.

Вы должны, братия, взыскивать с нас, что мы мало учим вас, мало проповедуем вам о Царстве Небесном для праведников и о геенне, приготовленной грешникам. Мы в этом случае — величайшие враги ваши: мы затворяем от вас двери Царства Христова. Апостолы и святые отцы, проповедуя людям Слово Божие, так и кажется, что всех хотели переселить в Царство Небесное, и оттого умоляют и их перестать грешить, угрожают им будущими муками, если не исправятся, и пр. А в нас видите ли вы это желание? — Вы должны, братия, взыскивать с нас за это, если не видите в нас этого: мы в этом случае величайшие враги ваши. Но мы, может быть, сами мало имеем веры в будущее Царство Христово, и потому так мало или вовсе вы не видите в нас желания, чтобы и вы наследовали это Царство? Мы, может быть, сами для себя мало желали его? Беда нам в том и в другом случае. Тесно нам отвсюду.

Какой безделицы недостает иногда для счастия человека, для его мира с самим собою и с Богом? Много есть людей, несчастливых с виду и внут-ренно, но если разобрать их несчастие, то окажется, что оно — от их глупости, от их пристрастий к тем или другим земным вещам. — Боже! Просвети умы наши!

Для Тебя ничего не стоило, Господи, образовать первоначально из земли состав человека или — составить, сложить этот прекрасный мир из совершенного ничтожества. Также ничего не значит для Тебя и образовать из хлеба и вина Свое пречистое Тело, нас ради прободенное, и пречистую Свою Кровь, нас ради пролитую, чтобы, вкушая их, мы были живы Тобою, обновившим чрез Свои страдания и смерть растлевшее грехом естество наше. Января 30-го дня 1857 года.

Спаситель везде заповедует нам любовь. Он говорит, например: О сем разумеют ecu, яко Мои ученицы есте, аще любовь имате между собою (Ин. 13, 35). Апостолы также везде говорят о любви; например апостол Иоанн: Сию заповедь прияхом от Него (от Господа), да ... любяй Бога любит и брата своего (1 Ин. 4, 21); апостол Павел: держитеся любве (1 Кор. 14, 1) и вся в вас любовию да бывают (1 Кор. 16, 14). Все апостолы велят нам держаться любви. Как же, значит, необходима для людей любовь! Будем же друг пред другом успевать в любви. А чем выражается любовь? Любы долготерпит, любы милосердствует, любы не завидит, не превозносится, не гордится, не ищет своих, не мыслит зла, не радуется о неправде, радуется же о истине: любы вся терпит, вся покрывает, всему веру емлет, вся уповает... любы николиже отпадает (1 Кор. 13, 4—8). Измеряй этими словами Апостола степень твоей любви: все ли ты это делаешь, что, по Апостолу, должна делать любовь, или только отчасти. Положим, что ты, например, милосердствуешь. Хорошо это. Но не гордишься ли ты? Не завидуешь ли? Не ищешь ли только своих? А? Не раздражаешься ли? Все ли сносишь? Веришь ли всему, что говорится в Священном Писании и святыми отцами? Не отпадаешь ли во время напасти? Смотри: любовь ведь никогда не отпадает. Смотри хорошенько и успевай все больше и больше в любви.

Господи! Жизнь моего сердца, Жизнь души моей, помилуй мя!

Когда другие отнимают у тебя что-нибудь, не противься, но любомудрствуй по заповеди Спасителя: хотящему судитися с тобою и ризу твою взятии, отпусти ему и срачицу (Мф. 5, 40). Поверь, что отнимающий у тебя потеряет гораздо больше и тебе же даст случай приобрести втрое, чем взял у тебя. — Вообще не теряй мира душевного из-за того, что тленно. — Рассуждай еще и так: Господь дал мне бесчисленные блага! Но Он теперь требует от меня Себе жертвы — пожертвования ничтожною частичкою этих благ и жертвы терпения за правду. Пожертвуй же, потерпи же. Бог тебя не оставит, не сомневайся. Будешь иметь все нужное.

Как много благ можно испросить у Господа при живой вере в Него! Как не преклониться Господу к таким прекрасным молитвам, влагаемым в уста верующим Церковию, если они произносятся с верою и любовию?

Господь, по-видимому, медлит вторым пришествием Своим для того, между прочим, чтобы больше народилось сынов Царства Небесного. Какое благодеяние для меня Господа, что Он и мне, недостойному, дал время появиться на свет до славного Его пришествия, после коего уже не будет рождающихся! А как я рассуждаю, так будет рассуждать и всякий, всякому хочется насладиться бесценным даром жизни.

Святые или преподобные отцы не так молились, как мы: их молитва была пламенем любви.

Ядый Мою Плоть и пияй Мою Кровь во Мне пребывает, и Аз в нем (Ин. 6, 56). Как это просто объясняется: Бог вездесущ, но от душ грешных, удаляющих себя от Него, и Он удаляется, а к душам праведным, ищущим Его, приближается.

Когда я Божий, тогда мне хорошо, а когда свой — худо, то есть когда ты по вере и делам близок к Богу, тогда у тебя мир и радость в душе, а когда неверием или сомнением, также худыми мыслями, желаниями и делами удаляешься от Него, тогда скорбь и теснота в бедной душе твоей. Как бы тебе до сих пор не научиться самой живой вере в Бога и всецелой преданности Ему и каждую минуту не быть убежденным, что вера и добродетель для меня животворны, а неверие и грех гибельны? — Во мне кто-то или что-то самым тщательным образом непрестанно силится разрушить всякое добро, лишь только я созижду его, и тяготит меня какою-то адскою силою каждый раз, когда мысль моя поколеблется в вере или добродетели.

Не осуждай других: если осудишь, ты поругаешься образу Божию, и грех сдавит твое существо. Осуждай себя. Других судит Бог.

Когда вы просите о чем-нибудь какого-нибудь доброго, милостивого человека, который благодетельствует, вы думаете во время еще самой просьбы: он непременно сделает, о чем я прошу его, потому что он так милостив, добр. Это же, непременно это же делайте, когда вы просите в молитве Господа Бога, если только, впрочем, молитва ваша достойна. Бог ли не исполнит наших справедливых прошений? Просите, говорит Спаситель, и дастся вам (Мф. 7, 7; Лк. 11, 9). Милость человеческая есть только слабая тень милости Божией: Аще убо вы, зли суще...' (Мф. 7, 11.)

* Фраза: Аще убо вы, зли суще... — в рукописи вписана карандашом.

Говоря о повреждении человеческой природы грехом, не забудь о том, как у людей есть много отговорок или извинений слабостию человеческою, часто очень несправедливых. Скажи о ядовитости для души греха вообще, его мучительности, о неприятных последствиях страстей. Как премудро устроил Господь Бог, что зло, грех наказывает сам себя, а добродетель награждает саму себя. Что если бы грех не был мучителен для души сам в себе и в своих последствиях! Не истребили ли бы люди давно друг друга? — Не истребили бы ли себя?

Травка или дерево возникает из ничтожества, растет, цветет, стареет и умирает. Это, человек, образчик тебя, твоей жизни; с тобою бывает то же: и ты возникаешь из ничтожества, растешь, цветешь, потом стареешь и также умираешь телом. Недаром сказано, что человек, яко трава дние его, яко цвет селъный, тако оцветет (Пс. 102, 15). — Помни это и поучайся.

Некоторым камень претыкания — смерть человеческая. Человек, говорят, живет, как травка, и умирает, как травка, что нет для него другой жизни. Но. я вот что скажу тебе, человек, рассуждающий таким образом. Что умирает в травке: прекрасная ли, художественная травка или только вещество травки, подверженное, как вообще все вещественное, тлению и разрушению? Нет, то, что ты называешь прекрасною, полною жизни травкою, не умирает, потому что та же прекрасная травка в той же форме появляется и на следующий год, а потом опять — на следующий и так далее, а умирает только одежда, оболочка травки: сила, душа или, если угодно, форма травки, составляющая ее душу, не умирает. Так рассуждай и о человеке: то, что составляет существенное в человеке, душа его, не умирает, а умирает только одежда, оболочка его. Она — тоже растение. Ты в заблуждении, потому что считаешь пробным камнем бытия грубые, земные чувства. Но для этого есть здравый разум и вера.

Как тебе не прилепляться к Богу от всей души больше и больше! Смотри: от этого и мир, и радость для души твоей, и, кроме того, все тебя за это почитают!

Бедная, грешная душа! Тебе трудно даже возвышаться до представления совершенной чистоты! Ты всем навязываешь свои нечистоты, ты на все смотришь нечистыми глазами! Как необходимо заботиться тебе о приобретении сердечной чистоты! — Ты мучаешься от сердечной нечистоты!*

Братия! Теперь мы будем решать важный вопрос: отчего мы так склонны ко греху и медленны к добру? Будем говорить о повреждении Богоподобного человека грехом.

Ты причащаешься для получения бесконечно великого дара — соединения с Источником жизни, Господом Спасителем, и для получения жизни вечной: кто же тут остается обязанным, как не ты? Чем же ты обязываешь Господа? — Одною безусловною верою в Тайны, которая, впрочем, есть Его же дар.

Спаситель во всю жизнь страдал неправедно от людей; потом прославился в Своем воскресении и вознесении на небо. И ты, подобно Ему, не убегай несправедливых или и справедливых страданий: и ты так же прославишься в воскресении и вознесении на небо. Христос пострада по нас, нам оставлъ образ, да последуем стопам Его (1 Петр. 2, 21). — Аще с Ним страждем, с Ним и прославимся (Рим. 8, 17).

* Фраза: Ты мучаешься ~ нечистоты! — в рукописи вписана карандашом.

Как тяжело, болезненно неверие и как сладостна, успокоительна вера! До принятия пречистых Тайн (16 января) неверие давило мое сердце. Но слава человеколюбию Господа, мы неверны, а Он всегда верен пребывает: Отрещися бо Себе не может (2 Тим. 2, 13). Как живо дает Он нам чувствовать, что наше неверие никогда веры Божией не упразднит!. Принявши с сокрушением сердца и посильною верою пречистых Тайн, я возрадовался неизреченною радостию и чрез это узнал, что неверие мое для Господа в отношении к пресуществлению ничего не значит; тут только лукавство — недоверчивость моя к Богу узнается.

Дар тебе от прихожан есть прямо дар Господа: за что они так богато одели тебя? За то, что ты старался по силам искренно, и с любовию служить Богу. Это душам боголюбивым было приятно, и они выразили тебе свое удовольствие на деле. Но Бог есть действуяй в нас и еже хотети и еже деяти о благоволении (Флп. 2, 13). И то замечательно, что тебе подарено на одежду почти вместе с тем, как и для Господа Славы сделали также сребряную одежду. — Когда Его пречистый лик одели, Он как бы сказал жертвовавшему: «Ты одел Меня от своих избытков; одень и этого пастыря, который Мне служит и которого Я дал вам», — и вот он, вместе с другими, и меня одел.

Если пред пресуществлением Святых Даров найдут на тебя помыслы неверия, то ты скажи сам себе: «Я сам — тварь Божия; я сам — чудо Божия всемогущества! Если же мне даровал бытие Бог, если сотворил меня, да кроме того, весь род человеческий и весь мир, то не сотворит ли

Он хлеба Телом, а вина Кровию Сына Своего? Притом от принятия Святых Тайн бывает такой мир, такая радость в душе». — Помни всегда непременно, что ты — тварь, что ты почти ничто. Когда Бог говорит, тогда умствовать не время.

«Я хочу сделать тебя блаженным, Я даю тебе счастие, — говорит Господь Бог, — а ты сам отталкиваешь Мой дар своими страстями, своим недовольством. Что же ты, неразумный, идешь против собственного блага?» Взгляни светло.

Милости, щедроты Господни так мне велики, что от этих щедрот я могу изобильно уделять своим родным, да и тем, которые ныне со мною, будет достаточно, без скудости для меня. Чего же мне больше?

Счастие внутри тебя, человек! Как легко быть счастливым человеку благоразумному, доброму, простому! Но и как тяжело человеку, обладаемому страстями! Этот последний в себе самом носит постоянно врага своего.

О чем больше должно заботиться: о здоровье тела или о здравии души, о выгодах душевных или телесных? — Конечно — душевных. Как же ты, с потерею своего душевного спокойствия, так много заботишься о телесном здоровье, и вообще — выгодах телесных? — Неразумно. Притом Господь Бог может ли быть Богом сердца нашего, обитать в нем при сильном попечении о здоровье, вообще о выгодах тела? Где у тебя хотя малейшее самоотвержение для Господа Бога? — Помни о нужде самоотвержения.

Сильно плотской человек тяготеет к земле: у него постоянно помыслы и заботы о житейском, так что при пробуждении утром, днем во время бодрствования и вечером — до сна мысли и сердце его заняты этою утомительною и мучительною заботливостию.

Господи! Жизнь и надежда наша! Как мало мы думаем и заботимся приобрести и сохранить Тебя! Как мало Ты живешь в наших мыслях и в сердце! Как скоро мы от мысли о Тебе обращаемся к мысли о житейском! Господи! Души наши освяти, помышления наши исправи, мысли очисти, веру утверди, любовь воспламени в сердце.

В любви жены к себе узнай любовь к Тебе Бо-жию: она — Его тварь.

Из многочисленных опытов узнал я, что сырая погода очень неблагоприятно действует не только на тело, но и на душу: тело расслабевает физически, а душа — нравственно. — Приметь это и будь осторожен и терпелив на будущее время.

Спаситель воскресает из мертвых и возносится потом на небо. Это все равно, что мы воскресаем и возносимся: Он наш и предсказал нам в Себе, в Своей жизни то, что будет в последнее время с нами. Он — жизнь и воскресение наше. Христос воста от мертвых* (Рим. 6, 4).

* Фраза: Христос воста от мертвых. — в рукописи вписана карандашом.

Человек скоро пресыщается как благами настоящей жизни, так и благами веры, хотя эти последние блага по свойству своему таковы, что они не должны производить никогда пресыщения, а напротив, все больше и больше возбуждать в душе алчбу. Пресыщение ими происходит от недостаточного внимания нашего к себе, оттого что мы привыкаем к ним и от привычки зазнаемся. Мы зазнаемся даже с Самим Господом Богом от той же привычки и малой внимательности к себе. А вера наша? — Не терпит ли она в нас часто крушения?

Господи! Мы — дело рук Твоих. Даруй нам чаще живо представлять это, чтобы стопы наши текли право, чтобы имели пред Тобою всегда подобающее, благоговение как твари Твои.

Жизнь твоя есть чреда священнослужения Богу: проходи эту чреду неленостно, зная наверное, что она скоро кончится и на место тебя, на ту же чреду поступит другой. Миллионы людей, исполнивши свою чреду, сошли со своего поприща в вечность, и ты сойдешь, помни это.

Призови Мя в день скорби твоея, — говорит Господь, — и изму тя, и прославиши Мя (Пс. 49, 15). Я скорбел во время утреннего Богослужения от об-державших грешную и скверную душу мою болезненных помыслов неверия и воззвал ко Господу, чтобы Он утвердил меня на камне веры, и Он услышал меня, изъял меня из моего горестного положения. У меня сделалось на душе мирно, легко, и я прославил моего Благодетеля. О Господи! Сколько раз я испытал, что без Тебя я не могу делать ничего.

При помыслах неверия прежде всего поверь, что ты — великий грешник; тогда поверишь и тому, во что не веруешь. Признавая себя грешником, ты будешь смирен до земли, а при смирении не может быть неверия: только гордость смеет не верить, кичение разума.

Слава Тебе, всеблагомощная Госпоже Владычице Богородице! Ты приклонила пречистый слух Свой к моей недостойной молитве: я бедствовал душою от помыслов неверия, нагло увлекавших меня, и помолился Тебе, чтобы Ты укрепила колеблющуюся веру Мою, — и Ты утвердила ее, смягчила и очистила жестокое и нечистое сердце. Оно способно стало держать в себе драгоценное и чистейшее сокровище веры: оно стало нежно, чувствительно. И как несомненна для души помощь Твоя, Пречистая Богородице: душа чувствует ее и славословит, благодарит Тебя за небесный Твой дар.

Когда вера будет угасать в твоем сердце, возведи молящий и, если можешь, слезящий взор ко Господу и моли Его призреть на Твое ничтожество и подать дар веры.

Господом Богом счастливы бесчисленные сонмы тварей. Как утешительно для человека, если он может сделаться виновником счастия хотя нескольких человек!

Под портретом одного греческого митрополита — Филарета я прочитал надпись. И точно, спасительно для человека, ежеминутно склонного ко греху, поминать последняя своя. — Даруй же мне Ты, Господи, благодать памятования о смерти, Суде и Царстве Небесном или геенне, неминуемо имеющих постигнуть каждого из нас.

Во время Богослужения или при домашней молитве внимание наше, ум наш по какой-то странной причине уклоняется большею частию в сторону, к другим предметам, так что нужна иногда

«Помни о последних [днях] твоих и вовек не согрешишь» (греч.). В церковнославянском языке фраза переводится так: «Помни последняя твоя, и вовек не согрешишь» значительная сила воли, чтобы остановить ум на содержании молитв. Поэтому всякий должен взять себе за правило: непременно, всеми силами сосредоточиваться на содержании молитв и проникаться этим содержанием. Не нужно забывать, что при чтении известных молитв от нас не требуется никаких собственных умствований, а надобно только, чтобы молитва достигла по отношению к нам той цели, для которой она составлена, чтобы она сообщила нам или верующим, о коих мы молимся, ту благодать, о которой в ней говорится. — 7 января 1858 года.

Ты нашел человека из высшего круга, сочувствующего тебе вполне в предметах веры, в опытах духовной жизни. Поверь, что таких людей много найдется в том кругу, да и везде. Бог всех учит превосходно.

Мир мой, Радость моя, Господи Иисусе! Слава животворящим Твоим Тайнам! Опять я вкусил чудный мир и несказанную радость с умилением после причащения на кладбище 9-го числа января.

Всяка плоть (человеческая) яко трава, и всяка слава человеча яко цвет травный: изсше трава, и цвет ея отпаде: глагол же Господень пребывает во веки. Иже есть глагол благовествованный в вас (Евангелие; 1 Пет. 1, 24—25). В самом деле, я как трава: расту, цвету, старею, умираю, и весь цвет мой опадает, а слово Господне точно пребывает вовеки, переживает столетия и тысячелетия, оставляет людей попеременно — в последовательном течении — рождаться, жить и умирать! Все меня убеждает, что я точно как трава, а слово Господне, а Евангелие, а истина евангелькая пребывает вовеки. - 11 <?> января 1857 года.

Се есть угодно пред Богом, аще совести ради Божия терпит кто скорби, стражда без правды. Кая бо похвала, аще согрешающе мучими терпите. Но аще добро творяще и страждуще терпите, сие угодно пред Богом, на сие бо и звани бысте: зане и Христос пострада по нас, нам оставлъ образ, да последуем стопам Его: Иже греха не сотвори, ни обретеся лесть во устех Его: Иже укаряем противу не укаряше, стражда не преща-ше, предаяше же судящему праведно (1 Пет. 2, 19—23). Вот тебе прекрасный урок, вот тебе прекрасный образец терпения. Терпи неправду: ты на это и призван, ты страдаешь со Христом.

Не воздающе зла за зло, или досаждения за досаждение: супротивное же, благословяще, ведяще, яко на се звани бысте, да благословение наследите (1 Пет. 3, 9). И это чаще надобно помнить.

Аще страждете правды ради, блажени есте (1 Пет. 3, 14). Да утешат тебя эти слова Апостола.

Доказательство истины христианской религии: 2 Пет. 1, 12—21.

Иже воздадят слово готову Сущему судити живым и мертвым (1 Пет. 4, 5). Так неизбежен и верен суд Господа живым и мертвым, что Господь как бы сейчас готов произвести его.

Пророчество апостола Петра. И в вас будут лживии учителие, иже внесут ереси погибели, и искупльшаго их Владыки отметающеся, приво-дяще себе скору погибель. И мнози последствуют их нечистотам, ихжеради путь истинный поху-лится (Арий, Македонии, Магомет и др.; прежде и после). И в преумножении лстивых словес вас уловят, ихже суд искони не коснит, и погибель их не дремлет (2 Пет. 2, 1—3). Так несомненны Суд и погибель нечестивых.

Когда тебя будут возмущать помыслы неверия или другие, спроси себя: который тебе год, и мыслию о близости своей к ничтожеству, к небытию возврати себя к долгу веры. Ты раб: не забывай Владыку. Неверие происходит от недостатка смирения, от кроющейся во глубине души гордости и от недостаточной сосредоточенности души в молитве.

По мере того, как увеличиваются благодеяния Божий тебе, пусть увеличивается любовь твоя к Господу — Благодетелю. Как Он щедро даровит к тебе (и ко всякому человеку), так ты будь щедр к другим.

Как хорошо любить Бога и служить Ему! Любящего Бога и посильно служащего Ему с верою и любовию любят любящие Бога. Какое приятное кругообращение любви!

Человек всегда грешен и недостоин Господа Бога; когда я служу Литургию или совершаю другое Богослужение и слезы умиления и сердечного сокрушения текут ручьями из глаз моих, и тогда я недостойный служитель Господа Бога. Тогда я живее только сознаю и сильнее чувствую грехи свои, неправды свои. — Да не мнит кто тогда о мне, что я — искренний, усердный, любящий чтите ль Господа: я только борюсь с помыслами гордости, неверия, лукавства, только стараюсь от сердца полюбить Господа, но еще не стяжал совершенной любви. Слезам нашим не всегда верят и земные родители, или вообще — люди: и точно, они бывают часто притворны, неискренни, — обманем ли мы ими и Бога Отца нашего Небесного, если они не искренни, не от сердца, не от любви? Очами, тьмами тем крат светлейшими солнца, Бог видит нас с ног до головы, с сокровенного помысла до явного дела.

Anno quindecim rubellorum uteb<a>ntur in lactem, non plus; at quam multum utilitatis afferat lac! Quam magnum spatium temporis! An pulverem parcet huic utilitati? Stulte!*

Возьмите от меня все, все мое достояние, но дайте мне только мир душевный. Он для меня дороже всего.

Глубочайшее смирение и сокрушение сердца — главнейшие условия молитвы. Самая молитва должна быть углубленная, а не поверхностная. Бог слышит только призывающих Его всем сердцем.

Неизъяснимо сладостный мир и радость царствовали в душе моей в продолжение утрени и ранней обедни в день святого Богоявления. А это произошло от искреннего смирения, и веры, и сокрушения сердца.

В довольстве малым заключается счастие человека. Страсти — от недовольства.

Враже! Всегда со мною было то, что теперь есть, и я был доволен и счастлив своим положением. Как же ты мне твердишь, что настоящее мое положение — несчастливое и что я должен заботиться улучшить его? Я всем доволен, а будущее предоставляю Богу.

* В год они тратили пятнадцать рублей на молоко, не более; между тем, сколь полезно было бы молоко в течение столького времени! Неужели жалко праха [денег] ради сей пользы? Глупо! (лат.).

Внемлите себе, да не когда отягчают сердца ваша объядением и пиянством и печальми житейскими, и найдет на вы внезапу день той (Лк. 21, 34). — Нам следует иметь чаще горе сердца свои, но объядение и пиянство, и печали житейские препятствуют человеку возноситься сердцем и мыс-лию к Богу и приковывают их к земле. Горе, если ум и сердце влачатся только по земле: наказание может постигнуть внезапно*.

От качества, от жизни сердца зависит и вся внутренняя жизнь наша и наше внешнее поведение. Если в сердце живут страсти, тогда и внутренняя, и внешняя жизнь человека бывают безобразны; он на каждом шагу показывает себя с невыгодной стороны, да и сам мучится щемлением сердца; если же сердце чисто от страстей, тогда человек везде показывает себя в благоприятном виде, для всех мил (или по крайней мере, для большей части людей), мир и радость царствуют в его сердце. Как же много нужно заботиться о чистоте сердца!

Почитай великих на земле, и тогда ты почтешь, как следует, великих на небе и Самого Великого Бога.

Жизнь моя, Свете мой, Надежда моя! (Слова покойного Преосвященного Митрополита Киевского Филарета, когда он пред смертию обнимал святую Чашу с дарами.)

'Далее в рукописи следует слово, не поддающееся прочтению.

До меня пережили на свете миллионы людей, и большая часть испытали то же, что испытываю я, и передали бумаге свои опыты, как и я передаю той же бумаге мои внутренние, нравственные опыты. Я желаю, чтобы другие люди, которым удастся прочитать о моих опытах, верили им так же, как верю я сам (fidelis*).

Братия! Тверда ли у вас вера в будущую жизнь? Что-то, я вижу, вы мало думаете о ней, мало или вовсе не подвизаетесь для нее. Примите мой смиренный совет: думайте чаще о жизни будущего века, подвизайтесь для нее, делайте из-за нее все. Для бессмертного Бога ничего не значит дать и твари бессмертную жизнь, и Он обещал ее не раз в неложном слове Своем; только некоторые люди, меряя своим ограниченным взглядом не только предметы настоящего мира, но и будущего, с трудом признают бесконечную жизнь для человека на небесах. — Но как она несомненна! Совершенно уповайте на приносимую <?> вам благодать откровением Иисус Христовым. Что же это за благодать? Благодать всех средств к будущей жизни.

Пред оттепелью или пред сырою погодою я становлюсь очень раздражительным.

верный (лат.).

Слава силе Креста Твоего, Господи! Демон злобы и неудовольствия поселился в мое сердце еще с вечера (29 <?> декабря) и как червь сосал болезненно мою внутренность и не давал спать покойно целую ночь, пробуждая меня внутреннею болью от сладкого сна. Но когда я сделал крестное знамение и придавил нижним концом спасительного знамения таившуюся в животе темную силу, она мгновенно оставила меня и я стал совершенно спокоен. После того я прислушивался еще к душе своей: точно ли мир водворился в ней, — и мир в самом деле был глубокий: так мне было хорошо, весело. Да будет это для меня уроком на будущее время: почаще прибегать к силе Креста. Место духовной боли было в том месте, где пуп.

Ах, как хитер и искусен злобный диавол, он пользуется всеми малейшими предлогами, нравственными и физическими, к тому, чтобы терзать нашу бедную душу: подал ли я повод каким-нибудь страстным движением души — он ловит это движение и раздувает пламя; болезнь ли какая случится в теле — он чрез болезнь силится вовлечь душу в свои сети. — Он всегда готов на лов яко скимен обитали в тайных (Пс. 16, 12). При своих злобных умыслах он представляет все душе нашей в ложном, неправильном виде — и чрез это-то представление в ложном виде дела он выигрывает. Если бы предмет был представлен в настоящем виде, человек не был бы опутываем его сетями, не испытывал бы в себе действие страсти. — Внемли.

Господи! Пошли мне благодать с удовольствием питать и покоить семейство тестя моего, не исключая и шуринов. Даруй мне радоваться, что за полцены питаю их всем. Если бы я за полную цену питал их, тогда я не делал бы ничего особенного, а теперь я, по крайней мере, могу иметь утешение в мысли, что они пользуются моим благодеянием.

Никогда не выпускай из виду обязанности любви ко всем, паче же к присным. Любовь покрывает множество грехов. О сем разумеют ecu, яко Мои ученицы есте, аще любовь имате между собою (Ин. 13, 35).

Священник всюду должен носить с собою в сердце горячую любовь к Богу и к ближним: если он идет совершать Богослужение, или таинство, или какую-нибудь требу, надобно, чтобы любовь уже была готова в нем, горела чистым и ярким пламенем. Без любви священник — не священник. Апостол Павел говорит: аще... любве не имам, нич-тоже есмъ (1 Кор. 13, 2).

Нелюбовь к людям или пристрастная любовь к ним, вообще страсти, иссушают любовь человека к Богу.

Господь наш Иисус Христос со всеми Своими Божественными чудесами как будто живет во плоти в наше время: мы видим Его рождающимся, обрезывающимся, крещающимся, встречаемым от Симеона в церкви и проч. Как благодетельны для христиан и многознаменательны праздники Господни и вообще все праздники! Господь есть общий Спаситель для всех народов всех времен и мест, но так как люди — существа скоропреходящие, сменяются новыми людьми, то, чтобы всем уделить, так сказать, удовольствия — видеть внут-ренно Спасителя и наслаждаться Его Владычними странствиями на нашей земле, Церковь как бы повторяет ежегодно Его Рождение, Обрезание и проч. Как это хорошо для веры, для ее укрепления!

Любовь к Богу даром нам не достается, или: без всякого труда с нашей стороны к очищению своего сердца не поселяется в нас. Случается часто видеть в церкви людей, которые не молятся в церкви, а разговаривают или смеются, или скучно блуждают глазами по сторонам. Это — люди без любви к Богу, не трудящиеся в приобретении любви к

Нему — значит, нечистые сердцем. А кто боголю-бивые души? — Смотрите, вот они: это те, которые со страхом и любовию предстоят в церкви и не смеют блуждать взором по сторонам, потому что взор их обращен внутрь их самих и к Богу.

Чтобы не иметь поползновения ко греху, чтобы сохранить веру в сердце, нужно, подобно Давиду, скрыть в сердце словеса Божий.

Чтобы наслаждаться драгоценным миром душевным, не должно предаваться какой-либо страсти, хотя бы и она была справедлива по-видимому.

Добродетель тогда особенно имеет свою цену, когда она совершается под огнем искушений, например искушения болезнию или другим каким-либо несчастием; точно так же, как и солдат не тогда храбр, когда в пределах его отечества царствует мир и спокойствие, но когда нападают враги на царство, когда он сражается под огнем и мечом, тогда-то узнается его великодушие и храбрость, любовь к царю и отечеству. Без войны же хотя бы кто и храбрился, ему не много поверят. Подобно этому есть причины не очень много доверять тому человеку, который делает добро при благоприятных обстоятельствах и еще не испытал горя: он может потерять присутствие духа в несчастии и изменить своей наклонности делать добро — даже обнаружить свои дурные стороны: малодушие, нетерпеливость, ропот и хулу на Бога. Только очищенный в горниле бед христианин — крепок и надежен, а не бывший в беде не всегда надежен.

27-го декабря, после Литургии, или лучше, после причастия, мне было особенно хорошо, так хорошо, что и сказать нельзя: такой неописанный мир в душе, такая радость, такое сладостное умиление! Ах, если бы всегда так было со мною. Как благ Господь и близ сокрушенных сердцем и смиренных духом! Как Он щедр не по заслугам нашим!

Non multo aestima pecuniam, non minus diligenter age numerum illius*. Если будешь прилежным счетчиком, то наконец тебе жалко будет потерять всякий рубль и ты станешь" и сребролюбивым. Помни, что тебе ныне немного нужно, а будущее предоставь Богу и не слушай людей, которые говорят, что нужно запасаться на будущее время; у тебя нет <?> семейства. Имея пищу и одежду, сими доволъни будем (1 Тим. 6, 8). Послушайте Апостола, который говорил, что он вся вменил тщету быти, да Христа приобрящет (Флп. 3, 8).

* Не много цени деньги (букв, имущество), но не менее тщательно веди им счет (лат.). "Далее в рукописи следует слово, не поддающееся прочтению.

Какая глупость у большей части людей — вести счет деньгам! Как несправедлива пословица, по крайней мере для честных людей, что денежка счет любит! Иуда-предатель, вероятно, сначала прилежно считал подаваемые ему деньги, а потом дошел и до сребролюбия, и до страшного греха — предательства Господа!

Господь наш Иисус Христос, будучи бесконечно велик, как Бог, так же бесконечно велик и как Благодетель всего человечества: весь род человеческий искупил Он от вечной смерти Своими крестными страданиями и смертию. Какую Отеческую, беспредельную любовь к людям показал Он, воплотившись для них, Сам потрудившись научить их всему нужному для спасения, совер шив для них многочисленные чудеса и во всю жизнь Свою не имевши где главы подклонить на земле, хотя Сам был Творцом неба и земли! Как благодарно Ему должно быть человечество! И — благодарно в избранных своих, в Церкви Божией. Песни благодарения и славословия немолчно воспеваются* на протяжении вот уже 19 веков и не престают воспеваться. Церковь торжествует свое спасение в Иисусе Христе. Особенно торжественно она воспевает Его славное воскресение, как свое собственное воскресение. Дорого ценит отечество самопожертвование какого-либо сына отечества, дающего себя в выкуп его свободы и безопасности, награждая его признательною памятью в потомстве и славою его имени. Как же дорого должно ценить людям самопожертвование за них Сына Божия! Всякому хочется жить и в жизни своей наслаждаться миром и счастием! Сладостна жизнь, особенно если она не соединена со страданиями, и чего не пожалел бы человек, если бы можно было увековечить ее, особенно если бы можно было сделать ее счастливою навеки! И вот чего бы так сильно желал себе всякий, то сделал для всех Сын Божий: Он исходатайствовал нам жизнь вечную и блаженную на небе. Человек с тем назначением сотворен, чтобы он на время принадлежал земле, а на вечность — небу, но с условием, если он приготовит себя к небу, на что даны ему заповеди. Ему сказано: сие сотвори и жив будеши (Лк. 10, 28), следовательно, если не сотворишь, то не будешь жив для неба. Как лее дорого для нас было бы, если бы какой-нибудь благодетель помог нам исполнить заповеди и ввести нас в жизнь вечную, которая так же несомненна, как несомненно многоразличие тварей Божиих — чисто духовных и вместе духовных и плотяных! Этот благодетель у нас есть — Иисус Христос. 28 декабря 1857 года.

' Далее в рукописи следует слово, не поддающееся прочтению.

Имже бо судом судиши друга, себе осуждавши (Рим. 2,1). В ню же меру мерите, возмерится вам (Мф. 7, 2; Мк. 4, 24). Никогда не должно осуждать других в каких-либо слабостях или пороках, потому что осуждающий наказывается часто от Бога попущением делать то же самое, что осуждал в других. Все люди со слабостями, и ты — тот же человек и можешь очень легко подвергнуться тем же слабостям, и, когда подвергнешься, тебя так же осудят, как ты осуждал других, даже жесточе. В ню же меру мерите, возмерится вам, — сказал Спаситель.

Как скоро Господь исполняет благие, искренние намерения наши! Учась в Академии, я любил наслаждаться созерцанием чудного порядка в мире и его красоты и от души желал, чтобы Бог привел меня когда-нибудь разделить это чистое, возвышенное удовольствие с другими людьми, именно — побеседовать о творении в церкви. Один Бог видел, как сильно и чисто было это желание. И что же? Через год с небольшим я назначен катехизатором и по плану катехизических бесед я должен был говорить именно о творении. — Вообще замечательно, что благие наши намерения Господь исполняет неотложно, тогда как мы часто о них и вовсе забываем.

Все, еже не от веры, грех есть (Рим. 14, 23). Как лее много надобно стараться сохранять веру или возбуждать ее, когда она угасает: в противном случае мы грешим. Особенно это нужно наблюдать при совершении Богослужения, Таинств и обрядов веры.

Смотря на круговращающуюся землю и светила небесные, можете прямо из этого заключать, что Господь промышляет о Своем творении, потому что такие огромные шары не могли бы существовать без Промысла, да и вообще не может быть без Промысла никакая тварь, самая ничтожнейшая. Когда смотрите на восходящее солнце, говорите: «Слава благопромышлению Твоему, Господи!»

Когда ты смотришь на Сына Божия, тогда смотришь вместе и на Отца: видевый Мене, — говорит Спаситель, — виде Отца (Ин. 14, 9), а видя Отца, непременно видишь и Духа, предвечно исходящего от Отца и Ему единосущного.

Молитва всякого человека имеет различную, большую или меньшую, степень достоинства относительно чистоты сердечной, веры и любви молящегося. Иной приносит ее от чистого сердца с верою и любовию, так что вся молитва такого человека есть единый, сильный пламень, обнимающий все существо души. Другой, напротив, молится не с чистым сердцем, привязанным к предметам житейским, со слабою верою, подходящею к неверию, без любви в сердце, по привычке, равнодушно. Третий, хотя старается иметь чистое сердце во время молитвы, но слабо и поэтому безуспешно борется с противными помыслами и то воспламеняется, то потухает душою. — Люди часто сами себя обманывают и думают обмануть и Бога в молитве. Но Бог видит сердца наши.

Без Мене не можете творити ничесоже (Ин. 15, 5), — говорил Спаситель. И точно, без Него нельзя сделать решительно никакого доброго дела: только Он дает нам силу. Справедливость этого очевидна из того, что, если Бог предоставит нас только нам самим, нашей слабости, мы становимся совершенно внутренно бессильны для всякого добра, мы становимся полными зла. Будь же всегда с нами, Спаситель! 22 декабря 1857 года.

Смирение ума и сердца должно быть самою неотъемлемою принадлежностию молитвы. Прежде, чем станешь на молитву, уже будь смиренным, уничтожь сам себя нравственно. Бог есть Любовь. Он с любовию выслушивает каждую нашу молитву, если она плод веры и любви.

Как быстро идет жизнь! Как скоро летает земной шар! Как скоро приближает он каждого ко гробу. А ведь сам не стареет!

Когда будешь одевать галстук на шею, читай слова: жестоковыйнии, необрезании сердцы и утесы, вы присно Духу Святому противитеся (Деян. 7, 51), — чтобы иметь тебе повод исправляться от своей жестоковыиности и необрезаннос-ти сердца и ушей. А — когда сапоги: читай: стопы моя направи по словеси Твоему (Пс. 118, 133).

Доколе по моему неразумию и злонравию глупая страсть будет терзать меня? Доколе я не отрину, не вырву ее с корнем из моего сердца? Боже! Помози ми. — Уверен я, что если бы вырвал я ее из сердца, мир и радость всегда наполняли бы мое сердце. Много эта страсть влечет за собою зла: целую свиту.

Старайся более всего об очищении сердца, в нем вся сила: от того бо исходища живота (Ср.: Притч. 4, 23). Сердце — жизнь наша. — Старайся и о том, чтобы в голове твоей было всегда ясно, светло.

Далеко зашел ты в суждении об отце Павле: возвратись к тому первоначальному суждению, которое имел ты о нем при первом с ним свидании. Вообще суди всегда снисходительно, смиренно о его, по-видимому, неблаговидных поступках: он — твой начальник: В ню же меру мерите, возмерится вам (Мф. 7, 8; Мк. 4, 24). Ты горд и потому слишком строго и свысока смотришь на каждый его поступок. Старайся так же снисходительно судить и об отце Матфее.

Когда я согрешу, какая-то мертвящая тяжесть в сердце и в груди давит душу мою, сокрушает и стесняет бытие мое и как бы гонит душу вон из тела; тяжела, необыкновенно тяжела бывает тогда жизнь. Чтобы эта тяжесть оставила душу, надобно сознать во глубине души, с искренностию тот грех или те грехи, кои были причиною душевного мучения, осудить себя и впредь взять намерение остерегаться спотыкаться на том же месте. Нужна также усердная молитва. (Этот опыт был со мною сегодня. В душе моей была чрезвычайная, убийственная тяжесть после сделанных мною грехов, особенно греха едкого осуждения отца Павла. Но я помолился из сердца, сознал свой грех, пожалел о нем, поскорбел, взвесил его тяжесть — и тяжесть смертная прошла, миновала.)* — 18 декабря 1857 года.

* Текст: (Этот опыт ~ миновала.) — в рукописи перечеркнут.

Тебя борют страсти и от твоего неумения бороться с ними показывают тебя в нехорошем виде. Не забывай, что и других также борют страсти и выставляют их напоказ людям в неблагоприятном виде. Поэтому имей снисхождение ко всякой слабости человеческой, зная, что все мы ходим среди сетей.

Господь Бог, хотя Он невидим, недоведом, непостижим, прекрасно держит нас в руках Своих, не давая нам забываться: если я сделаюсь преступником Его воли, оскорбителем Его величия, правосудия и святости, Он возвращает меня к моему долгу мучениями душевными, неотразимым сознанием моей виновности пред Ним, как пред Своим Творцом и Законодателем. Эти мучения души вразумляют и исправляют лучше всяких выговоров и штрафов земных начальников. Слава милосердию и правосудию Твоему, Господи!

Слава милосердому, любящему меня Господу. Тяжелые искушения миновались, и я опять почиваю на лоне Его любви. Как Петр при искушении, я отвергся Его, изменил Ему, даже роптал на Него, но теперь, раскаявшись чистосердечно в своем малодушии и измене, опять, по милости Его, я могу гореть к нему любовию; опять Литургия и святая Евхаристия служат для меня источником чистых и возвышенных радостей и неизъяснимо сладостного мира в сердце. 19 декабря 1857 года.

Все ли равно, если ручеек течет небольшою струйкою и напояет, хотя немного, жаждущую землю, и если вовсе не течет и оставляет ее совсем сухою? Конечно, не все равно. Так, лучше подавать хотя небольшую милостыню, чем вовсе не подавать.

Зачем порабощаешь себя земному и обсекаешь крылья духу, не давая ему парить в высоту? Оттого он болит и сокрушается. Что это правда, убедиться в том легко: лишь только ты сознаешь безрассудство своих чрезмерных житейских забот, суетных удовольствий и отвергнешь их внутренно — болезнь души проходит, и она, так сказать, выходит на волю.

20 декабря (служил обедню на кладбище). Слава животворящим Твоим Тайнам, Господи! Кто достойно поведает чудеса от них в душе нашей и во всем существе нашем после достойного принятия их? Что это за чудный мир, за чудное блаженство царствует в душе? Какое тихое умиление, какое глубокое смирение, какая любовь к Богу и к людям, какое презрение ко всему земному бывает в душе? Зачем мы не удерживаем в себе постоянно такого блаженства? О слабость, о наклонность греховная!

Молитве необходимо должны быть присущи как необходимые условия: вера, надежда и любовь. При чтении Священного Писания и писаний святоотеческих.— также смиренная вера с любовию.

Господь Бог не вскоре наказывает порок и награждает добродетель, чтобы дать созреть тому и другой.

Во время молитвы имей светлый взгляд на Бога и на себя, то есть старайся живо представить себе, кто Он и кто ты? — Начиная с дыхания, ты — весь Божий, а начиная с худого помысла до худого дела, ты — весь свой.

Вы вините природу в непостоянстве и изменчивости? Но она вас копирует: всмотритесь хорошенько в свою жизнь. Бог вразумляет вас книгою природы; поучайтесь и не будьте сегодня тем, а завтра — другим. Научитесь также подумать о постоянном и пребывающем.

Во время молитвы старайся умом и сердцем держаться Бога или Пречистой Матери Божией. Подражай благости Отца Небесного, в царстве Которого живет бесчисленное множество тунеядцев, и однако же Он их терпит с любовию. Поверь, что щедродаро-витый Господь за это всегда даст тебе. Будь со всеми любезен, мягок сердцем. Не давай погасать ни из-за чего в твоем сердце искренности и любви.

При малейшей невнимательности моей к себе пламень той или другой страсти готов возгореться во мне и лишить меня душевного спокойствия. А неверие так и врывается в мое сердце с неизъяснимою наглостию, причиняя томление бедной душе моей. Что это со мною делается? Что за враждебные силы устремляются на меня? Боже сердца моего! Наполни Собою сердце мое, но наперед очисти его.

Святые мученики усердно чествовали <?> Господа при всех своих мучениях, а ты в ничтожном припадке не только болезни, но боли упадаешь духом и не можешь быть усердным, любящим чтителем Его. Не стыдно ли тебе?

Представляю те грозные минуты, когда душа выйдет из тела, всякое движение прекратится, легкие как оставляемые мехи сожмутся, кровь перестанет обращаться; все клапаны внутренние закроются и останется один труп из целого человека — не страшно ли это?*

* Текст: Представляю ~ не страшно ли это? — в рукописи перечеркнут.

Когда лукавый соблазняет тебя скупостию и любостяжанием, говори сам себе: «Буди слава и благодарение за все Твои дары, Господи!»

Тебе надобно стяжать верность к Богу, а то ты в счастии принадлежишь Богу, а в несчастии оставляешь Его, даже ропщешь на Него.

Иуда злочестивый сребролюбием недуговав омрачашеся*. — Это омрачение душевное чувствует всякий, недугующий сребролюбием.

Тропарь 8-го гласа на утрени в Великий четверг.

Зачем ты так расслабел душою? Крепись.

Есть Божия благодать Господа, действующая в святых храмах Божиих: пришедший в них с искренним желанием помолиться уходит из них как уловивший славный зов, с радостию и миром в сердце, славя Бога. Вот что испытано мною <?> не раз.

Бог часто посылает благодатную теплоту веры и любви в сердце в самом конце молитвы. Поэтому надобно иметь терпение — не отчаиваться в силе молитвы в начале и в средине ее, но спокойно продолжать ее до конца.

По неисповедимым судьбам Божиим в жизни людей благочестивых бывают тяжелые искушения, убивающие и душу, и тело: душа теряет веру, малодушествует, ропщет, хулит, не в силах будучи держаться за якорь веры, сохранять твердость и присутствие духа, быть смиренно-послушною и благодарною воле Провидения за посылаемые искушения. В этом случае надобно, по возможности, крепиться и устремлять взор горе — с молитвою о помощи и быть уверенным, что искушение не будет продолжительно, а после искушения Бог опять примет нас в Свою милость, особенно если счастливо выдержим испытание.

18 декабря. Слава милосердию Твоему, Господи! Опять Ты принял меня в любовь Свою после принятия страшных Тайн, хотя я и оказался перед этим изменником Твоим. — Возьми же себе урок — ставить себя за ничто и ни на что не полагаться, кроме Бога.

Двойное благодеяние* тестя моего — благонравная, прекрасная дочь и место, приносящее мне выгоды: чем я воздам ему за это? Чего мне жалеть для него? Ничем достойно не воздам, а потому, по крайней мере, ничего не стану я жалеть для него, как для родной матери, давшей жизнь моему окаянству, я ничем в равной мере не воздам, — а потому должен, по крайней мере, делать ей то, что могу.

Далее в рукописи следует слово, не поддающееся прочтению.

Если молитва твоя не питательна для души твоей, то значит, что она недостойная, неблагоустроенная молитва; молитва, как пища — тело, должна питать душу, утолять алчбу душевную.

Возьми мужество — не потворствовать прихожанам в их слабостях, но обличать и вразумлять их, хотя ты и пользуешься их материальными благодеяниями. Воля Божия, благоволение Божие всегда должны быть выше благосклонности прихожан.

Отчего справедливое твое сожаление — о неправде в отношении к тебе своих сопровождается смущением и болезненным беспокойством? — Оттого, что Ты и в этом случае становишься ниже вещественных выгод жизни и эти выгоды значат для тебя очень много — так что ты мир Божий или Духа Божия, Который приносит с Собою в сердце твое этот мир (terribile ad dicendum*), — ставишь ниже их. Научись не ценить слишком высоко праха и праху не подчинять благ духовных.

* страшно сказать (лат.).

Дух Святой называется Утешителем — оттого, что Он вливает небесное утешение, мир, превосхо-дяй всяк ум (Флп. 4, 7), в душу человека, познавшего свои заблуждения, свои грехи. Вожделенно это утешение.

Братия и сестры! Помимо вашего богатства, ваших суетных удовольствий, вашей красоты, ваших богатых одежд я вижу то, что неминуемо встретит каждого из вас во гробе, — безобразное тление и разрушение. Поэтому не пленяюсь я ничем из того, что вас так много занимает. Что мне в вашей гордости, в этих так называемых благах, за которыми так усердно гонятся неблагоразумные? Я вижу ваше ничтожество и тленность всего, что вас прельщает. — Ах, если бы вы знали, в каком положении находится душа ваша и что ее ожидает при таких образах жизни? — Обогатите лучше, украсьте вашу душу добрыми делами, которые пойдут с вами и в вечность и будут там, у Престола Господа Славы защищать вас.

Что дороже Тебя, Господи? Ничто: Ты всего дороже. Что любезнее Тебя? Тоже — ничто. Отчего же со мною бывают такие странности, что после самого причащения меня занимают другие, тленные предметы настолько, что я как бы отпадаю от Тебя, Господи мой, Господи, как будто перестаю любить Тебя и вместо Тебя оказываюсь любителем какого-то праха, как будто он составляет мое счастие? Отчего такие странные противоречия бывают во мне? Если ничто для меня не дороже Тебя, зачем я теряю Тебя, когда, при небольшой внимательности к себе, я мог сохранить бы Тебя? — Узнай болезнь свою и употреби врачевство против нее.

Господи! Если я потворствую тунеядцам, избавь меня от них и вместо них дай мне возможность помогать ближним моим бедным родственникам. Ты видишь, что я, по слабости своей, теряю часто мир душевный, не находя средств примирить между собою этих двух обстоятельств: потворства тунеядцам (если только они настоящие тунеядцы) и неоказывания помощи ближним бедным родственникам. Вразуми меня, Создатель!

Ты не веришь в будущую жизнь и говоришь: на том свете никто не был и не приходил оттуда сказать нам о ней. Как — не был никто? А Сын Божий разве не приходил оттуда; разве не уверил нас в действительности жизни загробной? — Ты веришь, например, что есть Америка, хотя сам не бывал в ней, потому что ты видишь, что оттуда, например, приходят корабли. Отчего же точно таким же образом не веришь, что есть другой мир, кроме земного — небесный, так как оттуда приходил Сын Божий и, уверив нас в действительности его Своим неложным словом, показал это и на самом деле? Потому что, восставши из мертвых, Он в виду учеников Своих вознесся на небо, откуда опять так же придет. И апостолы говорят нам: горняя мудрствуйте, а не земная (Кол. 3,2), идеже есть

Христос одесную Бога седя (Кол. 3, 1). Емлися за вечную жизнь (1 Тим. 6, 12), говорят еще.

Все еже даст Ми, не погублю от Него (от Отца), но воскрешу е в последний день (Ин. 6, 39). Никто же придет ко Мне, — говорит Спаситель, — аще не Отец пославый Мя привлечет его (Ин. 6, 44). Потому и сказано: все, еже даст Ми, то есть всех, кого приведет ко мне Отец Мой, не погублю для Него, но воскрешу их в последний день. Какая радостная истина: все, верующие в Господа, не погибнут, но непременно воскреснут. Ихже дал ecu Мне, сохраних, и никтоже от них погибе, токмо сын погибельный (Ин. 17, 12). Какая горькая истина! И между верующими в Господа есть сыны погибели, которых и вера не спасет, потому что дел по вере не имеют.

Как поскальзаемся и падаем на дороге от невнимательности своей или от темноты, так и в нравственном отношении мы поскальзаемся и падаем также большею частию от невнимательности своей или от темноты, помрачения разума. — Везде нужна внимательность: Блюдите, как опасно ходите (Еф. 5, 15).

Большее всего старайся о простоте и незлобии: это избавит тебя от бесчисленных неудовольствий в жизни и будет причиною всегдашнего мира и радости. Святитель Григорий Богослов говорит: «Я упражняюсь в приобретении простоты сердечной, от которой зависит спасение. А спастись — единственное мое попечение». — Итак, видишь, что, кроме других выгод, простота доставляет вечное спасение.

Кто постоянен в любви к земным друзьям, тот может быть и бывает постоянен и в любви к Богу, и наоборот; кто признателен к благодеяниям человека, тот признателен бывает и к благодеяниям Божиим, и опять наоборот; кто любит ближних, тот любит и Бога, и также опять наоборот: Не лю-бяй брата своего, егоже виде, Бога, Егоже не виде, како может любити? (1 Ин. 4, 20.) Кто усердно чтит родителей, тот так же усердно чтит или способен усердно чтить и Бога; благоговеющий пред особою царя благоговеет тем более пред Вседержителем Богом; почитающий власти почитает и Бога, и наоборот. Земные наши отношения — пробный камень и мера отношений наших к Богу. По первым можно справедливо заключать о последних. — Как поэтому надобно стараться, чтобы со всею правильностью установить наши земные, житейские отношения к другим!

Вера наша часто утопает: нужна спасительная доска, за которую бы она могла твердо ухватиться и спастись от потопления. Этих спасительных досок плавает много в море Откровения, разума и природы, надобно только научиться искусству ловить их.

Ученые люди часто искусственности слова жертвуют ясностию и краткостию слова. Какую науку ни возьми, везде увидишь справедливость этих слов. Поэтому совершеннейшая наука — редкость. Евангелие и Апостольские послания — совершеннейшее учение, но это учение — безыскусственно, просто, оно должно быть образцом нашего слова.

Святые Божий стоят высоко, высоко по своему нравственному совершенству в отношении к тебе: они украшены всякою добродетелью. А тебе надобно еще очистить свое сердце и ум и потом украшать свою душу добродетелью; одно не способно к чувствам святой возвышенной любви, а другой — к чистым, высоким воззрениям. Сердце загромождено нечистотами страстей и мирскими предметами, одебелело, утолстело; а ум не пленяется красотою предметов умосозерцаемых и охотнее имеет дело с вещами видимыми, чувственными. — О святые Божий! Помогайте нам очищать ум и сердце! Дайте мне насладиться красотою вашей души, чтобы потом уже быть способным наслаждаться и Верховною Красотою.

Мнюся и Аз Духа Божия имети, и горе мне бывает всегда, когда я оскорблю Его чем-нибудь неблагопристойным: горящий огнь бывает тогда в костех моих, который несносно палит меня. Я расслабеваю кругом и не могу переносить этого пламени.

<...>* и ради личности не оскорбляй святыни. — Не усрамися ниже убойся** лица человеча, когда что касается веры.

Грех стесняет, сдавливает существо человека, жизнь его, а благодать — расширяет, распространяет сердце его, внутренняя его.

Ни из-за каких предлогов (причин) не лишай себя мира душевного пред святою Литургией.

' Начало фразы, в рукописи не поддается прочтению. " Молитва священника перед исповедью.

Именем Твоего блага душевного заклинаю тебя соблюдать всегда это правило. Всеблагий Господи! Исправи стопы мои на путь мира!

У Господа Бога цель твоей жизни — вечное спасение — всегда в виду. Он ведет тебя к нему имиже Сам весть судьбами. Поэтому, если и неприятности приходится терпеть тебе в жизни, переноси их великодушно, зная, что, верно, они нужны в деле твоего спасения.

Господь Бог — Первый Виновник того, что ты поставлен ныне в такие, а не в другие отношения к людям, и к таким, а не иным людям, в такое, а не другое место.

Господь Бог во все продолжение твоей жизни Сам давал направление ей, поставлял тебя в те, а не другие отношения, и Сам поставил тебя на это место. — Его Отеческий Промысл заключается в том, что Он дает направление катящемуся шару нашей жизни.

Господь со Креста говорит тебе: «Смотри, сколько Я претерпел несправедливости от людей, а ты не хочешь перенести и малой обиды. Ужели ты не хочешь спострадать Мне?»

В тебе есть слабость — не обращаться по гордости к Богу, когда Он посылает тебе неприятности, равно как и не обращаться с любовию к жене в домашних неприятностях. Сейчас же обращайся со словом любви и мира.

Старайся, чтобы молитва твоя исходила от всецелой души твоей, от всего существа. От поверхностности в молитве происходит наконец то, что и вся вера твоя бывает поверхностна. Всегда молитву должно приносить из глубины души. А для этого представляй, что ты находишься лицем к лицу к Богу, потому что на самом деле Господь Бог с тобою и слушает тебя. — Бойся же поверхностной молитвы: она — от маловерия или даже — от неверия. Чем будешь больше углубляться в молитву, тем более будешь иметь в сердце животворной веры, тем больше будешь добродетелен. Ты сам — очевидное доказательство того, как гибельно поверхностное чтение молитв: так как иногда ты очень борз и поверхностен при чтении их, при старании не быть рассеянным, на тебя нападает дух немой и мучит душу твою адским томлением.*

Бери пример с отца: он превосходит тебя во много раз своим бесстрастием. Из любви и признательности к нему делай все, что ему приятно, и между прочим то, чего он хотел бы от тебя в отношении к своим делам, если это не есть прихоть.

Дух бодр, а плоть немощна. Это на каждом шагу видно. Душа готова на молитву, а тело часто бывает не готово. Теория с практикой часто расходятся на самое огромное расстояние: теория — дух, а практика — плоть. Идея науки и наука, исполняемая по идее, весьма часто также разногласят: идея высока, светла, сильна, а наука часто бывает далеко не соответствующею идее — темна, неясна, трудна, немощна.

Что имаши, егоже неси приял? (1 Кор. 4, 7.) — Так, все у нас Божие и ничего нет своего, кроме худых наклонностей и грехов. А святые Божий совершенно принадлежали Богу. Чем у нас меньше своего, тем лучше!

* Текст: как гибельно - томлением. — в рукописи перечеркнут.

О немощь человеческого существа! Одною рукою я созидаю, потому что хочу созидать, а другою — разрушаю то, что построил, хоть и не хотел бы. Что за задача!

Почти каждую добрую мысль, доброе чувство я должен отстаивать борьбою, а без борьбы есть опасность потерять всякое добро. Но как много нехорошего и в самых, по-видимому, добрых мыслях, чувствах и поступках! Так проникнут человек злом!

Ты теперь живешь в этом 19-м веке. Но до тебя было много веков и много людей. И после тебя будет, вероятно, также много веков и тоже много людей. Ты — в отношении и к прошедшим и к будущим положениям (само собою и настоящему) — ничто. Живи и помни себя и готовь на исход дела свои.

Неверие беспокойно, тревожно, мучительно: это изведал я и изведываю многократными опытами; напротив, вера успокоительна, мирна, блаженно-творна. Душа сама, без доказательств знает, что право и что неправо. Из последствий неверия и веры узнаю я ту истину, что неверие — гибельно, а вера — спасительна. Убедись же!

Боже мой! Как бы я хотел искренно любить Тебя и Пречистую Матерь Божию со всеми святыми! Но иногда как будто не дается мне эта святая любовь. Сердце мое нечисто: оно не способно без благодати Твоей любить святою, возвышенною любовию Тебя, Пречистую Матерь Божию и святых <Твоих>. Созижди же во мне, Господи, сердце чисто!

Бог не принимает молитвы нашей, если мы сердимся на кого-нибудь. Это я изведал горьким опытом. Поэтому непременно надо прежде молитвы помириться со всеми. Был случай, когда я сердился и потом помирился. Как, прежде чем я помирился, молитва моя была неблагоуспешна, тяжела и очевидно противна Богу, так после примирения (я в то же время помирился) она стала легка, успешна и благоугодна Богу. Она скоро принесла мне мир совести и радость в сердце.

Слава Богу, вразумившему меня дать сегодня наставление нищим, или подать вместе с те лесною милостынею и духовную. Между прочим, я говорил, что непременно будет другая жизнь, в сравнении с которою эта — то же, что сени церковные с церковью, даже несравненно меньше, что им не надобно тяготиться своею участию.

Слава милосердию Твоему, слава животворящей силе Твоей, Господи! Я мертв был сегодня (28 ноября) душою до причащения и ожил после него, болел смертельно и исцелел, скорбел и возрадовался, томился болезненно и вкусил мир прене-бесный. Да будут вечным памятником славы животворящих Тайн Твоих эти строки, начертанные тотчас по Литургии мною, недостойным рабом Твоим, и да памятую я их всегда к душевной пользе своей; да поучусь я искренно веровать и исповедовать, что Царь мой Христос есть для меня Источник жизни и блаженства. Ах! Как это ясно, очевидно: я был болен, мертв без Христа и — ожил, возрадовался с Ним!

Не огорчайся, когда не по твоему желанию что-либо делается, а рассмотри тщательно обстоятельства дела, может ли оно сделано быть так, как бы тебе хотелось.

Много слез и беспокойства причинил нам отец Матфей. Господь воздаст ему.

Что? У тебя отнимают твой угол? — Привыкай к мысли, что на земле нет ничего надежного и пребывающего: все неверно и изменчиво. Помышляй о неизменно верном и вечном.

Молитвы при требах старайся читать с искренним смирением, совершенным спокойствием, тихо и несколько нараспев: при этих условиях избежишь диавольской поспешности и смущения. Бог жестоко наказывает за поспешное, невнимательное чтение. Сегодня, 29 дня ноября, после Литургии, по обыкновению я был совершенно доволен собою, весел и спокоен ради принятого внутрь Таинства, но вскоре после обедни, ездивши причащать больную, я поторопился при чтении молитв вследствие диавольского смущения — и что же? Потерял в сердце мир и радость. Убийственная тяжесть давила мои внутренности, тоска и томление угнетали меня. Только молитвою и слезным раскаянием мог я возвратить то блаженное состояние, которое произвел во мне Господь Своими Тайнами. Ах! Как тяжел для души грех!

Помни свое ничтожество и будь смиренномудрей! Наблюдай за собою, не таится ли в душе твоей пагубная страсть гордости; смотри умным оком на все движения души твоей. Примечай за собою, как ты ведешь себя с людьми, высшими тебя, равными и низшими: из обращения сейчас можно видеть человека, горделив он или смирен. Замечай за собою, когда молишься: какие больше помыслы нападают на тебя. Старайся особенно о чистоте сердца. Много нужно потрудиться для очищения его: оно завалено нечистотою. Совершенно наново нужно, так сказать, перебрать его — каждая мысль благочестивая, святая имеет соответствующую нечистую мысль. Боже мой! Какая в человеке бездна зла! — Господи! Обнови меня!

Господи! Доколе твориши мене на радование врагу моему диаволу? Доколе будет он возмущать душу мою при чтении молитв во время таинства крещения? Доколе я буду смешным во время высокого таинства? Доколе самое таинство будет ради меня, окаянного, посмеянием? Господи! Повели лукавому немому духу удалиться в это время.

Диавол может овладеть нами только тогда, когда мы сами подадим к тому повод, сделавши какой-либо грех. Тяжкий грех — служить обедню, не примирившись с врагом, особенно если он служит вместе. Через этот грех диавол может овладеть человеком, который имеет нечто на другого, и могут выйти во время самой службы неприятные последствия в душе и даже вне.

Если грех, при всей своей мучительности, трудно избегаем бывает нами, то что было бы, если бы он не был мучителен? — А точно, велико мучение греха. Никакая болезнь физическая не равняется мучительности греха.

Ты — своенравный и капризный человек! Тебе хочется, чтобы все было по-твоему, и ропщешь, негодуешь, когда бывает что-нибудь не по-твоему. Ты — человек малодушный: от пустяков ты совсем теряешься и как бы уничижаешься. Старайся не быть мнительным: мнительность много помогает малодушию.

Помни, что терпение в жизни необходимо: все святые много терпели. Если ты терпишь за грехи, твои грехи очищаются, но, может быть, терпением Бог искушает тебя, дает тебе заметить, какие есть в тебе слабости. А ты нетерпелив, ропотлив, маловерен.

Как после того, когда прорвется болезненный, гнойный нарыв на какой-либо части тела, бывает легко всему телу, так и после того, когда пройдет злокачественный, болезненный, греховный нарыв сердца, — душе бывает также весьма легко. А нарывы сердца еще болезненнее нарывов наружных: они проходят обыкновенно в слезах.

До половины обедни 19 ноября был я духовный мертвец, а в другой половине ожил, особенно — после причащения. Такова сила Литургии!

Равви, яждь (Ин. 4, 31). Так говорили Господу святые апостолы, ходившие за пищею в весь Са-марянскую. Какая простота, чуждая всякой искусственности, в рассказе евангелистов! Какая искренность! Неподдельность! Вот что, между прочим, разительнейшим образом доказывает истину повествования святых евангелистов.

Что есть сон и как он подкрепляет силы человека? Сон есть замкнутие души или сосредоточение в одном теле. Душа есть жизненное начало для тела, но днем она рассеивается по бесчисленному множеству предметов и на нее действует множество предметов чувственного и мысленного мира. Во время же сна душа, так сказать, запирается в тело и действует живительным образом на наш организм, преимущественно* входит во все части тела и таким образом оживотворяет, подкрепляет новыми силами все тело. Оттого часто случается, что если проснулся человек ночью и не подкрепил еще силы достаточным сном, а рассудок в голове начинает действовать с силою и полною ясностию, то жизненная сила, отвлеченная из внутренних частей в верхнюю — в голову, производит расстройство в желудке тем самым, что оставила его.

В какое бесконечное соотношение могут быть поставляемы слова? Все говорят и пишут очень много. Но едва ли кто-нибудь говорит все теми же словами, хотя о том же предмете, как и другой кто-нибудь. Подивиться следует мысли человеческой или душе, умеющей поставлять в такие бесчисленные отношения слова, эту вещественную оболочку мысли. И из этого вижу я происхождение ее от Бесконечного и владычественность ее, и то, что Творец в бесконечность бесконечен, потому что в одном и том же предмете, даже вещественном, мы никогда не можем высказать всего, что следует: об одном для всех понятном предмете иногда надобно потратить миллионы слов! Как ограничен человек, его орудия познавания! Да, душа есть дыхание бесконечного Ума, но только едва приметная частичка, капля этого Ума, а Тот

* Далее в рукописи следует слово, не поддающееся прочтению.

Ум — безграничный океан! Со своими познаниями мы больше круговращаемся на одном и том же месте над теми же предметами, как в игре в шахматы или в карты.

Благоговею пред Беспредельным Умом!

Претерпи искушение: оно будет для Бога поводом к облагодетельствованию тебя новыми дарами.

Тяжелым искушением для слабой моей воли посетил меня Господь мой, чтобы поставить на вид ложь и обман притесняющих меня лишением квартиры сослуживцев; я должен был отправиться в Петербург в сильную оттепель, когда ненадежный лед мог обрушиться под ногами лошади. Прибывши в Петербург и севши на дрожки с женою, чтобы отправиться на ночлег к родственникам, я до того предался скорби, что стесненное сердце извлекло слезы и я, сидя, — рыдал. Составив просьбу в Петербурге, я подал ее Преосвященному викарию. Но удовлетворительного ответа в то же время не дождался. Отправившись назад, я большею частию грустил по дороге, особенно на выезде из Петергофа на извозчике. В это время скорбь так сдавила мое сердце, что слезы мои катились ручьями в четыре приема, между тем как дождь хлестал мне в лицо, а впереди предстояла ненадежная и даже опасная дорога, не говоря о том, что карман наш пустел из-за пустяков. — Прибыв в Рамбов, мы остановились, за темнотою, в гостинице. Здесь попавшийся офицер сказал, что по морю уже нельзя ездить на лошадях, что завтра мы можем отправиться не иначе как на спасательной лодке. Назавтра, пришедши на пристань, мы узнали, что море разошлось. Горы льда у берега и разломавшаяся пристань давали знать, что в прошедшую ночь была сильная прибыль воды. Кое-как сговорили лодочника идти по воде за 75 копеек серебром с человека. Дивно было, что лед разломало в одну ночь, тогда как накануне ездили на паре с большими тяжестями. Один немец на лодке сказал: «Есть Один, Который командует над всеми, Который все делает по Своей воле; людям нельзя говорить, что они непременно будут в такое-то время там». Признаюсь, мне понравилась эта вера и эти рассуждения доброго немца, и <они> как-то вразумили мою нетерпеливую душу.

<На> доброе дело представляется случай каждому — во всяком звании, и для делания добрых дел нет надобности выходить из одного звания и поступать в другое. Кийждо, — говорит Апостол, — в немже звании призван быстъ, в том да пребывает (1 Кор. 7, 20): каждое звание от Бога, и добросовестное прохождение обязанностей его есть уже доброе дело. Добрые дела так необходимы для будущей жизни, что без них и спастись невозможно: вера без дел мертва есть (Иак. 2, 20). У Господа Бога такой закон, что все люди, как растения, которым дана способность производить из себя плоды и тем быть полезными живым тварям, — должны также непременно давать от себя плоды добрых дел; в противном случае и нам грозит Он посечением, как в притче один садовник велел посечь бесплодную смоковницу; или связа-нием в снопы, назначенные для сожжения. Мир есть гумно Божие. На этом гумне есть пшеница и плевелы, то есть люди добродетельные, Богу при-

ятные и людям полезные, и люди порочные, на всякое благое дело неискусны (Тит. 1, 16), Богу противные, а иногда и для людей малополезные или совсем бесполезные. Но верно слово Божие, что только пшеница собрана будет в житницу небесную, то есть в Царство Небесное, а плевелы или негодная трава будут сожжены огнем неугасимым или огнем вечных мучений. Это не угроза, а страшная истина; лжи на небе нет, она царствует только на земле, но и здесь она сначала не была, а явилась уже потом и есть нечто временное, что пройдет вместе с миром.

Итак, братия, при мирских делах своего звания будем воспитываться для неба и воспитывать детей своих; и при мирском воспитании давать детям и духовное воспитание. Пресвятая Богородице! Помоги нам в этом важном деле и укрепляй нас постоянно в нашем намерении и в наших трудах небесного воспитания. — Аминь.

Шедше в мир весь, проповедите Евангелие всей твари (Мк. 16, 15). Это слова Творца и Бога моего Иисуса Христа, восставшего из мертвых. Смотрите, как Он державно говорит: Он по всему праву называет всех людей тварью, делами рук Своих! Величественно!

В роде человеческом, как и у животных, существует мужеский пол и женский. Люди в этом отношении сходны с животными. К какому заключению приводит меня это сходство? — К заключению о единстве Творца. — У меня есть жена, у других людей — также жены; от союза мужа с женою рождаются дети. То же самое у животных. Но я не образовал себе жены; дети рождаются из семени, которое вложил в меня Кто-то. То же и у животных. Откуда этот порядок? От Единого Ума.

При каждом посещении прихожан по требам или так, без треб, старайся учить их.

Если кто-нибудь вредит твоему внешнему благосостоянию (исключая тело и здоровье телесное), нимало не вредя благосостоянию души твоей, и если ты начинаешь беспокоиться при этом, то скажи себе: «Странный ты человек! Зачем ты возмущаешься духом от таких пустяков? Люди касаются только коры твоей; сердцевины не достать им. Зачем же ты из-за этого трогаешь свою сердцевину и своим неразумием причиняешь ей боль? »

Примечай за собою: в претензиях, кажущихся тебе справедливыми, не действуют ли твои страсти — самолюбие, скупость или зависть? Страсть часто прикрывается, как личиною, видом истины.

Человек легкомысленный! Где в сердце твоем страх Божий? Как ты смеешь порываться на смех в самых важных обрядах? Внемли себе. — Я и смешной, и высокий; во мне крайности удивительным образом меняются.

«Я всем доволен и благодарю Бога. Пусть другие недовольны и великим и умножают свое великое больше и больше — хищническим образом», — так говори себе, когда видишь в других страсть к стяжаниям, только не говори этого самолюбиво.

Отчего Давиду не дал Бог построить храма? Не оттого только, что он был муж кровей, а оттого, чтобы было за что помиловать на суде Соломона, который сколько сначала был праведен, столько потом развратился, и как святой Давид был муж кровей, так Соломон — женолюбив. — По милости Своей Бог дает возможность почти каждому человеку сделать здесь что-нибудь угодное Ему, чтобы за это помиловать нас на Суде.

Тяжел велиар, но он входит в душу чрез страсти. Велика милость Божия: велиар удаляется по молитве человека Божиим повелением.

Смотрю я умственным оком на святых апостолов и святых, прославившихся прежде и после их, в Ветхом и Новом Завете, смотрю и на людей нынешнего века, в особенности светских и образованных светско, поверхностно, — и вижу жалкое различие между теми и другими. Первые — люди простые, любящие всех, другие — лукавые и хитрые, знающие только себя, которым до других мало дела. Как далеки одни от других! Оттого-то слово апостольское или слово евангельское не вмещается в их лукавых сердцах, как слово простое, безыскусственное, слово сердечной любви. Апостолы и евангелисты чужды людей нынешнего века. Ну что если бы людей нынешнего света послать проповедовать Евангелие (представили невозможное)? Далеко ли можно подвигнуть их? Не упрутся ли они руками и ногами?

Ублажаем вас, святые Божий, ваши девственные чистые души и тела! —

Мы совершаем ныне, братия, торжественную память Введения во храм Пресвятой Богородицы. Что значит это Введение и для чего оно было сделано и кем? —

Как Пресвятая Дева Мария введена была во храм воспитатися Господу, так и каждый из нас, братия, в недрах Церкви Православной должен сверх своего звания воспитываться для неба, для Господа: воины, чиновники, купцы и земледельцы; или трудиться в изучении и приобретении нужного, кроме дел по службе, равно как и детей своих, кроме воспитания мирского, — воспитывать Господу.

Необходимость этого воспитания для Господа очевидна для всякого из того, что Владыка мира и жизни нашей приготовил для нас другую, бесконечную жизнь, в другом мире, которая не имеет тех условий, какими мы ограничены здесь,где нет надобности защищать будущее отечество от неприятеля, поддерживать или исправлять нарушенный порядок членов общества пишущею рукою, вести торговлю и торговые счеты, заниматься земледелием, — потому что там у нас будет другой Царь — Всесильный, другая страна, не подверженная нападениям врагов; там не нужна будет переписка, потому что все будут вместе лицом к лицу и все будут хорошо знать друг друга и потому что тогда Бог будет все для всех; не нужны будут и торговля и земледелие, потому что из преисполненных сокровищниц Отца Небесного будут щедро излиты все блага для сынов Царства Небесного, без всяких денег или изнурительных трудов; да там мы и не будем нуждаться в пище и питии, в одежде и в проч., потому что Царство Вожие несть брашно и питие, но правда и мир и радость о Дусе Святе (Рим. 14, 17).

Все это земное и на земле останется: с воином и с военачальником не пойдет военное искусство за гроб, пишущие ныне руки должны будут поневоле оставить перо и бумагу; купец не возьмет с собою ничего и не сойдет с ним богатство его; плуг, борона и другие земледельческие орудия для земледельца служат только до его смерти. Все земное непостоянно, хотя на земле все это необходимо; все пройдет, кончится, как и земля мимоидет. А так как в нас есть неземная душа, которая, впрочем, слишком много больше, чем сколько нужно, по застарелой испорченности греховной хлопочет о земном, — то за нее-то, братия, и надобно больше всего держаться, больше всего смотреть за нею, заботиться, чтобы она не увлеклась совсем мирскими заботами и удовольствиями и не забыла о другой жизни; ее-то нужно всячески при помощи Божией направлять к небу, раньше знакомить ее с тамошним светом и тамошними потребностями, образовывать ее по-небесному, заставлять ее заблаговременно дышать, так сказать, небесным воздухом. Это и значит воспитание для неба, для Господа. Чтобы небо впоследствии времени приняло нас, необходимо здесь, на земле, каждому положить в душу свою родное небу начало. Пресвятая Дева Мария с трех лет введена во храм и оставлена там до 14 лет именно для этого, то есть для того, чтобы сродниться с небом, а храм для этого — лучшее место. Как бы Царь Небесный принял Ее, вселился в Ее утробу, если бы Она не была приготовлена к принятию Его духовным воспитанием, если бы Она не сроднилась душою с чистыми небожителями, если бы не была предочищена Духом? На небе может быть только сродное небу. К Богу не приемлется лукав-нуяй, ниже пребудут беззаконницы пред очими Его (Пс. 5, 6).

Что же нужно при духовном воспитании каждого из нас для неба? Надобно: 1) приучить ум обращать чаще к небу, к Богу, к вечности, нам приготовленной и нас ожидающей. Так как для человека-мирянина это не совсем легкое дело, потому что чем привык ум заниматься, к тому всего легче и обращается, — то надобно для этого чаще ходить в церковь, беседовать с людьми или книгами духовного содержания, составленными людьми, опытными в духовной жизни. Читать чаще Священное Писание. И самим разуметь по временам, что все земное слишком непостоянно и чрезвычайно скоро проходит, что душа наша вечна и о ней необходимо позаботиться. Людям кажется, что земная жизнь довольно долга и достаточно можно насладиться ею, хотя в то же время не могут не заметить, что она течет, как быстрая река, или вертится, как колесо, ни на минуту не останавливающееся, и потому ловят удовольствия, спешат повеселиться, пока не ушло время. Но сколько тут заблуждения! Здешняя жизнь кажется довольно продолжительною от нашей ограниченности, от нашей слепоты, от близорукости; опытные люди говорят, что наша земная жизнь есть не больше, как пар, который лишь появляется, как и исчезает. Кая жизнь ваша — спрашивает апостол Иаков, — пара бо есть, яже в жале является, потом же исчезает (Иак. 4, 14). И все люди, дожившие до преклонных лет, согласны в том, что вся прошедшая жизнь есть как бы прошедшее сновидение. Если же душа наша вечна, а все земное скоро проходит, нисколько не насыщая ее, то нынешняя жизнь, конечно, дана не для наслаждений, удовольствий, которые не больше как приманка грешного мира, как силок, в который ловят небесную птичку — душу; как приманка на уде, которою исконный враг наш диавол извлекает на свой берег неосторожную душу нашу. Не отвергаем совершенно удовольствий невинных, но надобно полагать всему время.

2) Надобно стяжать сердце в духовном смысле чистое и нежное, смиренное, мягкое, которое легко чувствовало бы ядовитость каждого греха, которое болело бы от всего, что противно Святейшему Господу, и своею болью извлекало слезы, очищающие скверны сердечные; надобно приучить его к искренности и искренней любви ко всем людям, и в частности к сострадательной любви к бедным и несчастным. Простота, искренность сердца любезны Богу. Апостолы избраны были не из премудрых и разумных людей века сего, потому что они лукавы, а из младенцев, то есть из людей, которые по своим понятиям, простоте и неиспорченности подобны младенцам. Земная мудрость иногда стыдится простоты евангельской, но это и есть та самая мудрость, которой должны научиться все люди, если они дорожат вечным счастием. Все должны учиться из Евангелия и Апостольских посланий святой простоте, искренности, чистоте и любви. Аще не обратитеся и будете яко дети, — говорил Спаситель, — не внидете в Царство Небесное (Мф. 18, 3).

Наконец, 3) надобно стяжать любовь к добродетели или к святой жизни. Много зла в мире, и он весь во зле лежит; поэтому людям, по природе злым и лукавым, по словам Спасителя, склонным ко греху, надобно заботиться избегать случаев ко греху и искать случаев сделать доброе дело.* Которая для того и создана Господом и которая даром берет на себя труды воспитывать нас для неба; также беседовать с опытными в духовной жизни людьми.

* Далее в рукописи следует фраза, не поддающаяся прочтению.

После причастия тщательнейшим образом храни полученный тобою мир душевный. Не давай места гневу, хотя бы и были причины гневаться, особенно не гневайся от неприятностей случайных, непредвиденных, в которых нельзя винить лицо, сделавшееся причиною неприятности: гневаться в этом случае есть безумие. (Ну, чем виновата жена твоя, что на нее упала сверху сахарница и разбила ей лицо? Пусть это произошло от ее неосторожности, но думала ли она встретить удар этой вещи, которой она тут и не подозревала?) — 12 ноября 1857 года.

Благость Божия, обильно открывающаяся в мире и радости после причастия, сделала меня как бы корыстолюбивым наемником. Я непременно жду, как дара, как воздаяния, после каждого причащения животворящих Тайн мира и святой, возвышенной радости в душе моей, — и почитаю себя несчастливым, если все существо мое не проникнуто этою радостию.

Ты становишься довольно близок к Богу мыслями и сердцем после причастия, но все-таки не очень плотно пристаешь к Нему: надобно совершенно приближать к Богу ум и сердце так, чтобы ничто не отделяло от Него.

Никогда не употребляй выражения: ступай к черту. Кому ты это говоришь? Человеку, которого Христос избавил от этого исконного врага.

Нечистые помыслы, как дым пчел, отгоняют от нас возгоревшийся в сердце нашем огонь Духа.

Мы обременены, так сказать, Божиими благодеяниями, и нам все кажется, что мы облагодетельствованы гораздо меньше других, что нам нет особого побуждения благодарить и славить благо-деющего Господа. Размышлять чаще о величии Божиих благодеяний.

Старайся стяжать постоянное, неизменное смирение.

Старайся, чтобы молитва, произносимая устами, была делом не одного ума, но и сердца.

Когда болезнь тяготит тебя, говори с благопо-корностию Господу Богу: «Буди со мною, во всем воля Твоя: по грехам моим я достоин самых тяжких болезней».

Когда болезнь тяготит меня и я не совсем благоустроенно молюсь, не терпя боли, тогда Господь по милосердию Своему не взыскивает с меня за эту неблагоустроенность и без молитвы дает то, что следовало бы приобрести искреннею и усердною молитвою. Слава Господу! (О причастии во время болезни.)

Кого мы любим, с тем обыкновенно не можем досыта наговориться. Отсюда прямое заключение: кто любит Бога, тот любит беседовать с Ним в молитве, и напротив, кто не любит Его, тот очень ленив на молитву. Это как нельзя больше естественно. Приложи это к себе. Когда у тебя нет охоты молиться и ты только по привычке и как бы по необходимости вычитываешь известные молитвы, тогда твоя любовь к Богу очень со мнительна: ты представляешь из себя только наемника, из платы, то есть ради благодеяний, работающего Своему Господу. А когда у тебя есть искреннее желание излить пред Богом в молитве душу свою, тогда можно сказать, что ты имеешь любовь к Нему, как сын к отцу. — Старайся полюбить Господа Бога от всей души как Существо Превожделеннейшее и молись всегда с миром душевным. 13 ноября 1857 года.

Гони прочь от себя небрежность в молитве, чтобы не оскорбить Духа благодати, живущего в тебе, а как оскорбишь, тяжело будет душе твоей от мучительной тоски ее.*

Благоустроенная молитва вечером дает хороший сон, а неблагоустроенная — беспокойный.

В молитве прежде всего старайся представить Божество или Ангела и святых живыми, потом — святыми и великими, а затем представь свою греховность и ничтожество: как ты без меры грешен, как мал и незначителен в кругу такого множества людей, как коротка твоя жизнь и как быстро поспешает к тебе смерть.

Ты получил жизнь — великое дело: ты уже не умрешь душою, а только сложишь в определенное время оболочку тела. Внимай: тебе будут уготованы вечные радости на небе, если ты достойно великого Бога поведешь себя здесь.

Истина учения, жизни и деяний Христа Спасителя засвидетельствована четырьмя свидетелями — евангелистами. Если двух свидетелей дос таточно для утверждения истины, то тем более — четырех. — Да будет убо Бог истинен, всяк же человек — ложь.

* Текст: Гони прочь ~ тоски ее. — в рукописи перечеркнут.

Со словами: Отче наш, иже ecu на небесех, да святится имя Твое — устремляйся с новыми силами на добрые дела, призвав себе на помощь все действующую благодать Божию.

Даже в то время, когда плоть моя играет от возбуждающих питий, а вместе с нею и душа, сочувствуя ей, радуется плотскою радостию, — если случится какой-либо грех, то душа вдруг начинает болезненно томиться, а вместе с этим пропадает и веселье плотское. Так, соты утехи вдруг поражаются вестию о какой-либо внезапной потере, близкой своему сердцу, и после веселия вдруг начинают чувствовать пустоту и тяжелое томление в душе. Что же следует сказать de sublimi nostro mysterio*. Если веселость плотская ничего не значит, когда душу тяготит грех, то отчего бывает эта несказанная радость после святого причастия? — Очевидно, от мира совести и от сознания своей правоты в силу заслуг Христовых.

Пусть только внутренний человек наш вопиет: дух услышит, будет ли это дух Божий, Животворящий, или дух Ангельский, или дух какого-либо святого. Через это вопиение внутреннего человека, стенавшего о своем грехе, я опытно узнал, что при каждом из людей, более или менее живущих добросовестно, есть Ангел-хранитель. К нему следует только от сердца воззвать — и он услышит. Он, точно, меня услышал, обрадовал, ожи вил. Буду же я просить всегда Ангела-хранителя быть помощником моим на бесплотного врага моего диавола.

* о нашем возвышенном таинстве (лат.).

Спаситель о Дусе Божием изгонял и изгоняет бесов, поэтому бесы не терпят Святого Духа, Его власти и стараются людям всячески лгать на Него, Духа истины.

Как жалок человек без благодати: он может разом отважиться на все злодеяния! Как необходима для нас поэтому благодать, подкрепляющая и возращающая в нас добро! — Душе благодати, не удаляйся от нас, но будь всегда с нами.

Как мудро Господь достигает Своей цели, стесняя сердце лишением благодати! Я скорблю; душа моя молится с сердечным сокрушением, и — милость Божия, расширяющая сердце, снова обнимает все существо мое!

Душа как образ Божий, как сродное Богу начало, к Нему и возвращается после смерти человека, тогда как душа животных > не имеющая в себе Божественного начала, возвращается в общую сумму природы или общей жизни.

Когда ты просишь о чем-либо какого-нибудь человека, то к кому ты обращаешься со своею просьбою: к телу ли видимому или к душе невидимой? Я думаю — к душе человека. Притом тело ли твое или душа твоя просит? Верно — душа. Итак, душа (невидимая) в просителе обращается с просьбою также к душе (невидимой) другого; тело есть не больше, как орудие, чрез которое действует душа. Теперь любомудрствуй так. Я молюсь иконам: кому же я молюсь? Конечно, не дереву, не краскам и можно сказать, что даже не изображению, а тому духовному Существу (назову так Господа Бога, Ангелов и святых), Которое изображено на иконе. Но иконы не слышат, не видят, не внимают и им как будто скучно молиться? Но зачем и требовать от них этого? Они не для того и существуют, они даны только в помощь твоей чувственной природе: твоя душа чрез них только удобнее возносится к Тому, Кто на них изображен. Поэтому, молясь пред иконою, я все-таки молюсь Невидимому, как, прося какого-либо человека, ты просишь не тело его, а его душу невидимую.

Зрение есть шар, и солнце, око мира, есть шар. Не потому ли зрение шарообразно, что земля, на которой мы живем, шарообразна, равно как и солнце — шарообразно?

Блюди всяким хранением свое сердце от самолюбивой мечтательности о себе и от гордого сопоставления себя с другими; особенно храни себя после приобретения тобою душевного мира и радости. А мир, превосходяй всяк ум (Флп. 4, 7), и радость оДусе Святе (Рим. 14, 17), тебе даются после молитвы и причастия животворящих Тайн.

Как Слово Божие живо и действенно! Оно, точно, острее меча обоюдоострого и проходит до разделения души же и духа, членов же и мозгов и судится по помышлениям и мыслям сердечным! (Ср.: Евр. 4, 12.) Я прочитал со вниманием два богомудрых послания апостола Петра и — какую живительную сладость, какой животворный свет пролили они в бедную душу мою! Я стал иным человеком.

Как испорчены, замараны у меня ум, произволение и сердце! По-настоящему, при их исправности следовало бы им свободно проникать в мир духовный — к Богу, чистейшим духам и нашим земным праведникам, беседовать с ними и в этой беседе находить источник животворной радости. Но вместо того они едва подъемлются горе по испорченности своей и большею частию оставляют меня долу, сделавшись сами чем-то дольним, земляным, грубым, нечистым! Боже! От тли мя возведи!" Исправь, очисти мои орудия!

Мы стоим всей вашей любви за то, что мы любим вас: везде у нас первая молитва о вас, дома и в церкви. Мы молимся не только о вас, но и о ваших мертвецах. Пусть за это вы вознаграждаете нас малейшею частию от ваших избытков. Но думаете ли, что любовь наша к вам и к вашим покойникам покупается за деньги? Нет, только наемники любят служить за деньги. Мы не любим так, потому-то знаем, что вы во второе пришествие Господне будете или похвала и радость наша пред Господом, или осуждение и горе. Можем ли мы забывать о долге искренней любви к вам как к детям нашим о Господе?

Тебя борют сомнения и ты ищешь истины, не подверженной никакому сомнению. Вот она, эта истина: Иисус Христос, Сын Божий. Смотри, какая достоверность в Его словах. Он говорит не иначе, как большею частию с прибавлением: аминь, аминь, то есть — истинно, истинно говорю вам. Все, что ни говорил Иисус Христос, есть совершеннейшая истина. Истина также и Отец Господа нашего Иисуса Христа, как говорил Сам Спаситель в молитве Своей к Нему пред крестными страданиями: Отче... Святи их во истину Твою: слово Твое истина есть (Ин. 17, 17). Духа Святого мы называем Духом истины. Истина животворна, мирна; напротив, ложь беспокойна, убийственна; по самым плодам, по самому действию в тебе легко отличить истину от лжи. Здесь я разумею истину религиозную, а не истину природы или какую-либо другую. Эта последняя для нас не есть обязательна: можем мы знать, но можем и не знать ее; знание ее не спасет и незнание не погубит, разве в той только мере сочтем ее нужною, в какой она приводит нас к Неточной Истине, к вере. Поэтому-то никого не должно удивлять то обстоятельство в наших Священных Книгах (в Библии и Богослужебных книгах), что их писатели иногда неправильно говорят о естественных явлениях или о законах их. Они были не естествоиспытатели, а если знали некоторые и естественную историю, то не в такой мере, как нынешние естествословы, которые дошли до своих открытий вековыми наблюдениями предшественников.

* Ирмос 6-го гласа: «Бездна последняя грехом» из Службы Великого четверга.

Проси с верою несомненною, что тебе нужно, — и будет тебе. — Опыт. Исход золотухи.

Чтобы не пролиялись стоны твои, мир и благополучие грешников зря на земле сей, вспомни, что никакие блага земные не могут идти в сравнение с благами небесными. Всего вожделеннее — блага горнего мира.

Сомнение и ложь есть нечто случайное, земное, относящееся к несовершенству здешнего мира. А твердая уверенность в истине, ничем не поколе-бимая, есть что-то не здешнее, хотя весьма часто бывает и здесь, — а небесное.

Старайся стяжать невозмутимое и всегдашнее спокойствие духа и ни пред кем и ни пред чем не смущайся, особенно во время молитв при таинствах. Торопиться некуда: успеешь.

Ты думаешь, что у нас в Требнике молитв при таинствах положено очень много, и готов упрекать сочинителя этих молитв в многоглаголании. Но ты ошибаешься. Чем выше дар, тем больше надобно просить о нем Бога, а что может быть выше даров, сообщаемых верующим в таинствах? Поэтому надобно иметь уважение к молитвам, положенным в Требнике при таинствах. Скучно повторять одно и то же, но делать нечего: надобно взять на час терпенье. А если будешь всегда готов к совершению таинств по своему душевному расположению и настроению, тогда и не будет скучно читать молитвы, положенные при том или другом таинстве. Скучно и тяжело читать их от неготовности и от мнительности. Не думай о людях, а со всем уважением к почтенной древности читай их, эти молитвы... 29 дня октября 1857 года.

Вспоминай смерть, воскресение и Страшный Суд и согревай этим воспоминанием свое сердце, хладеющее к подвигам добродетели и к молитве.

Рыбы — твари Божии; рыбаки — апостолы; Господь Иисус Христос — Творец их: по слову Его апостол Петр с товарищами выловили множество рыбы, тогда как до того, ловивши всю ночь, не поймали ничего; статир в устах рыбы. Как послушна Творцу неразумная тварь. Птицы также твари Божий. Некоторые птицы приносимы были в жертву. Горлицы и птенцы голубиные. Дух в виде голубином. — Независимость рыб и птиц от человека: одни живут в такой стихии, в которой человек не может жить и нескольких минут без искусственных средств; другие — в воздухе, в который также человек не может подняться без искусственного шара. — Только посредством своего разума человек может уловлять их в пищу себе или для домашнего украшения и удовольствия слуха.

Пойми, что вся настоящая жизнь есть ночь, а день будет тогда, когда придет Господь на землю и с Его пришествием начнется жизнь очищающая.

Когда ты молишься, то надобно, чтобы слова молитвы твоей, как звуки барабана, отзывались у тебя внутри — в сердце. Как бы в барабане, а не улетали только в воздух. Помни, что Господь Иисус Христос слушает тебя в молитве и как Бог, и как человек. Если ты представишь Его Божество и вместе — свою человеческую греховность и не будешь надеяться на свою молитву как на грешную, то вспомни о Его Человечестве: Он, как и человек, снисходителен к нашим молитвам и требует от них не больше, как чего потребовал бы и человек от человека, — искренней любви, простосердечной доверенности к Богу и надежды на Его отеческую милость.

Потопления бывают в разных местах, пожары также: бедствия многочисленны. Люди! Это вразумление для вас, воззвание к помышлению о вечности и вашем ничтожестве при ваших замыслах и предприятиях. Вы говорите: ужели будет Страшный Суд? Вот вам образчик этого суда. Вы сомневаетесь в этом и не думаете — эти несчастные также не думали, но погибли.*

Что мне и делать, как не молиться? Поэтому во время молитвы я совершенно должен быть спокоен, зная, что молитва — мое главное дело, и отнюдь не торопиться.

Во всем своем поведении и особенно в молитве старайся сделаться совершенно искренним, добрым и простосердечным сыном в отношении к Богу. Смотри на Него всегда с доверчивостию и живою верою, как бы Он всегда был пред тобою. Малейшее лукавство сердца или притворство гони прочь от себя. Ни одно слово в молитве да не вылетает из уст твоих без твоего ведома или без ясного сознания. Сыновняя любовь и искренность в молитве и во всей жизни есть величайшая, благоприятнейшая жертва человека Богу. Этого и хочет от нас вера Христова, к этому все и направлено в ней. Отчего Господь требует от нас живой веры в Бога и отчего удивляется Он такой вере в людях? — Оттого, что она была редкостию в людях, между тем как ее-то Он и искал. Человек пал, между прочим, лукавою недоверчивостию к Богу; восстановление поэтому должно быть чрез веру или искреннюю доверчивость.

Отчего это сомнение о предметах веры так ядовито, едко действует на душу? Отчего эта душевная скорбь? Напротив, отчего спокойствие и мир в душе, когда я смиренно верю и имею твердую опору для веры, и отчего при помыслах неверия я стараюсь всеми силами избавиться от них как от мучительного для меня состояния и стараюсь возвратиться на путь сердечной веры как состояния самого успокоительного? Оттого, что неверие для меня неестественно, а вера — естественна; оттого, что первое — состояние души болезненное, а последняя — здоровое состояние души. Скорбь души, колеблющейся сомнением в вере, есть голос ее о своей болезни и требование целительных средств, а мир души, смиренно верующей, есть чувство ее благосостояния.

Далее в рукописи следует фраза, в которой слова, не поддающиеся прочтению, обозначены здесь многоточием в угловых скобках: Уважают <...> поэта: пусть уважат и <...> моей веры.

Мы живем вместе с птицами и животными в среде, и рыбы также — в среде. Только одна тоньше и прозрачнее, а другая — далеко не так.

Всегда остерегайся, чтобы молитва твоя не была одним пустым многоглаголанием. В молитве нужны вздох, слезы, сокрушение о грехах и смирение пред Богом, с живою верою в Него.

Как много истребляется животных, рыб и птиц и между тем как несравненно больше того остается их в живых!

Оплакивай чаще всего свою неверность Богу: неверие, неблагодарность, неискренность.

Как расширяются и радостно трепещут мои внутренности, когда молитва моя упорядочена, произносится с верою, смирением, без поспешности. Не Дух ли Божий осеняет тогда нашу душу? То же бывает после достойного принятия святых Тайн. Чтобы молитва была для нас животворна, нужна только детская искренность в молитве и детское смирение с простотою. Человек — дитя пред Богом, ничего не имеет своего по природе. Что имаши, его же неси приял (1 Кор. 4, 7). Все от Бога, и Бог готов всегда даровать нам Свои блага, только с нашей стороны должно быть условие: искреннее желание небесного блага, детская, или искренняя и простая, любовь и доверчивость к Богу, то есть Господь Бог ничего больше не требует от нас в молитве, как чего потребовал бы и земной царь от своего подданного, прибегающего к нему с просьбою, или господин добрый и благонамеренный — от своего раба, просящего какой-либо от него милости; или отец — от своего сына. Но кто не замечает, что этих-то необходимых условий мы и не выполняем, а оттого лишаем себя, как лукавые и ленивые дети, милостей Божи-их? -— Но отчего бывает эта чума <в> молитве или и не во время молитвы — мертвящая нашу душу, то есть сомнение? Отчего колеблется иногда здание нашей веры и хоть на минуту нужно иногда возводить здание ее снова, начиная с основания? Опять начинать с азбуки? — От ядовитого прилога диавольского.

Если люди не воспевают Господа, то воспевают Его все дела Его — на небе и на земле. Поэтому Церковь часто, как бы за недостатком достойных певцов славы Божией на земле, взывает к делам Божиим: все дела Господня, Господа, пойте и превозносите Его во вся веки (Дан. 3, 57).

День моего Ангела. Итак, меня не было за 28 лет пред сим. Из ничего я призван к жизни и ее радостям и надеждам временным и вечным, и к наслаждению делами рук Божиих! О как вожделенно бытие и как ужасно ничтожество, несуществование! Слава Тебе, Благодетелю Боже, благоволивший даровать мне жизнь единственно по благости Своей. Научи меня никогда не забываться в моей жизни и всегда помнить, кто я. (Я с пренебрежением смотрю на какие-нибудь детские игрушки, например куклы, кораблики и другие безделицы, делаемые мастерами-торговцами. Но для Тебя, Боже мой, то же значило, да и несравненно легче, сделать меня, дать мне бытие, как игрушечнику — игрушку.)* — Благодарю Тебя от всего существа моего, Создателю мой. Особенно благодарю Тебя за то, что Ты почтил меня саном священства и приблизил к престолу Своему.

Веди себя так, чтобы тебе не раскаиваться завтра в том, что ты сделал сегодня. Не делай в этом отношении труда Богу и себе: Богу — прощать тебе ежедневно одни и те же грехи или другие, себе — тужить и скорбеть о них. Пусть для тебя будет о другом чем поскорбеть каждый день, то есть переменяй предмет скорби, а у человека есть много о чем поскорбеть.

Когда я верую в животворящие Тайны и с живою верою причащаюсь им, тогда у меня чрезвычайно хорошо бывает на душе; я живу тогда в свете лица Божия, в мире и радости, и слезы радости и умиления струятся из глаз моих, я тогда удивительно изменяюсь к лучшему, но когда вера моя колеблется, когда при борьбе помыслов неверия я ослабеваю и разум не может разом отразить их, омраченный злым духом, — тогда у меня на душе бывает нехорошо. Я скорблю о моем неверии. Уже из этого одного следует заключить, что вера есть надлежащее состояние моей души, не говоря о том, что веры от нас в это Таинство требует Сам Неложный Бог, а неверие — неправильное, греховное состояние. Самые плоды того и другого состояния показывают, которое из них хорошо и которое нехорошо. Совесть обыкновенно одобряет хорошее, а худое — осуждает.

Текст: (Я с пренебрежением —игрушку.) — в рукописи перечеркнут.

Заставить чтеца читать с сердечным вниманием, громко, раздельно при каждом Богослужении, особенно на утрени — стихи канона и преимущественно на утренях в праздники Господские и Богородичные, читать по четыре или, по крайней мере, по три стиха до запева, — устроить хор, хотя из трех или четырех голосистых человек, и показать им пример, как петь.

Боль в боку, жар в спине, слабость в ногах и во всем теле бывают у тебя от золотухи — при нагноении ее; когда она совсем нагноится и сосредоточится в одном месте, тогда боль и слабость прекращаются. Осиплость голоса бывает так лее от нее.

Говорят, мысль театральных зрелищ (идея) хорошая, и в театры можно с пользою для души ходить. Положим, что мысль хороша. Но кто же из сидящих в театре думает о ней? — Два, три человека разве, не больше. Кто, смотря даже на мир — этот великолепнейший театр, видит в нем Самого Творца, хотя Он очевиден из каждой былинки? Очень немногие. От привычки мы вовсе не проникаем в глубь предмета, в его внутреннее значение, в его мысль, а ограничиваемся наруж-ностию. Так, дети-ученики, не понимая мысли книги или статьи, которую они учат, ограничиваются только затверживанием буквы.

От тебя совершенно не зависело быть на этом месте, ты не думал, не гадал, а попал: Бог Сам указал тебе его, и для того поражен был тяжкою болезнию отец твой (тесть), чтобы поставить его в необходимость сдать свое место, а тебя вставить в его семейство. Были, конечно, и другие причины его болезни, но эта едва ли не главная: Бог премудро достигает нескольких целей вдруг чрез одно какое-либо обстоятельство. Всегда благодари Господа Бога, так отечески о тебе промышляющего.

Помни 5-е октября. Время Литургии, и особенно время после причащения, было для тебя временем Царства Небесного. Воспевай всегда радостно чудеса пречистых Тела и Крови Христовой. Усладил мя ecu любовию, Христе, и изменил мя ecu Божественным Твоим рачением*. Славь пречистые Тайны постоянно, немолчно, во всеуслышание: дивна творит чрез них Господь. — Поим Господеви, славно бо прославися (Исх. 15, 1), в святой Евхаристии.

Помни также, что ты сам ничего доброго не можешь сделать без благодати Божией и все делает в тебе она. Да и налицо бысть благодать во мне Божия. Недаром ты носишь имя Иоанн: из многих дел я вижу, что ты точно Иоанн. А Иоанн Предтеча — какое море благодати?

Терпение!!! Помни, как недостойны человека нетерпеливость и гневливость, бешенство! Нетер пеливость безумна — значит, и ты безумен! Будь же умен: не горячись. Этим дела не поправишь.

Тропаръ из Последования ко Святому Причащению.

Из этой Чаши я пью мир, радость и блаженство. О! Как она вожделенна!

Жизнь моя есть не иное что, как смена падений одних другими.

Для чего уста? Для того, во 1-х, чтобы славословить Бога и передавать другим свои мысли и чувства, а во 2-х, чтобы пить и есть. Значит, кто употребляет их не на это, тот грешен. Кто празднословит, сквернословит, бранится, тот грешит против назначения своих уст. Кто кроме пищи делает что-либо другое устами (например, курит или другое что-либо делает ими, не прямо служащее к поддержанию жизни), тот грешит.* Для чего обоняние? — Для того, чтобы оно показывало, что полезно и что вредно в воздухе для здоровья, и таким образом служило человеку стражем его здоровья; поэтому кто позволит себе чрез меру услаждаться благовониями или кто вбирает в орудие обоняния злаковую пыль, тот грешит, и очень, против самого назначения носа, значит, против Бога. — Глаза для чего? Уши? Руки? Ноги?

Надобно стараться стяжать всегдашнее, спокойно-созерцательное состояние духа. Праведники целию жизни своей помышляли именно такое состояние: в нем состоит блаженство человека.

Из свойства владычества греха узнай, каков он, равно из свойства владычества добродетели узнай, какова она, а узнавши, следуй тому, что по самому опыту, очевидно, лучше.

Текст: Кто празднословит ~ грешит. — в рукописи зачеркнут.

Старайся молиться с сердцем, исполненным искренней любви к Богу и ближним.

Что значит чувство радости, когда мы высказываем в слух кого-нибудь* или даже если только сами в себе мыслим и чувствуем какую-либо высокую истину? Что значит чувство радости по совершении добра, при виде прекрасного? — Значит то, что человек предназначен жить истиною, добром и красотою, то есть Богом, Источником истины и красоты.

И нравственному достоинству души твоей должно быть противно, что мир ее ты подчиняешь мелочам жизни и расстраиваешься от того, что не причиняет тебе ни душевного, ни телесного вреда, ни даже заметного ущерба твоему внешнему благосостоянию. Поддержи величие души своей: дай ей вкушать постоянный мир и не делай ее ежедневно низкою рабынею страстей. — Крепись, призови на помощь всю силу ума и отсекай мечом его дерзкие нападения врага. Прежде всего призови на помощь Господа Иисуса и знаменуй себя Крестом Его.

Помни всегда, что тебя Бог приемлет ради Сына Своего Единородного — Иисуса Христа, ради благодати Его, а не ради тебя самого; иначе Он точно не слушал бы тебя и не исполнял бы твоей молитвы, даже гневался бы на тебя, как на грешника. Поэтому никогда не отчаивайся в милости Божией, в исполнении просимого; хотя бы ты просил себе у Бога в пищу и питие Тела и Крови Сына Его —

То есть перед кем-нибудь (устар.).

Он и это несомненно даст тебе, то есть сотворит для тебя Тело и Кровь Сына Своего. Посмотри на себя во время твоего служения: ты кругом обложен знаками, символами благодати, которые дают тебе знать, что служишь как бы не ты, слабый и грешный человек, а Сын Божий, Единородный: и ты, точно, представляешь во время службы Его лице.

Твоя раздражительность происходит оттого, что у тебя очень много самолюбия: искореняй его и не пренебрегай этим делом, иначе гнев поест тебя, как солому.

Тебе дан творческий ум, но есть дела и паче ума.

Вот ты уже довольно познал опытом, что все твое счастие заключается в Иисусе Христе; ты не можешь сказать, что это не так, потому что и ты сам, да и другие, видящие тебя после причастия, видят, что ты, точно, счастлив Господом чрез служение с Ним. Смотри же, держись всячески Господа и не оскорбляй Его милости и величия. Люди все заботы и старания в жизни полагают в том, чтобы достигнуть счастия, а твое счастие достигнуто: нужно только удержать его.

Если солнце, тварь, так светит и (звезды), то как же должен быть светел Творец. Это наведение* самое правильное и естественное, точно так же, как и это: Кто создал уши и глаза у животных, Тот ужели не слышит и не видит Сам?

Как полезны животные в быту человека? Они доставляют пищу и одежду, и притом часто самые изысканные. Без шкуры кожи животного никто никуда и выйти не может, особенно зимою: у поселян есть поговорка, что зимою поселянин весь в овце, то есть в овечьей коже и шерсти.

рассуждение (устар.).

В учении о человеке развить мысль о совершенной зависимости его от Бога и по душе, и по телу и привести в подтверждение сего текст: не можеши власа единаго бела или черна сотво-рити (Мф. 5, 36), или: кто от вас пекийся может приложити возрасту своему лакотъ един? (Мф. 6, 27).

В творении четвертого дня раскрыть: что такое наши дни и годы? Дни и годы растений, животных? Как все скоро проходит, изменяется! Преходит образ мира сего (1 Кор. 7, 31). По причине скоротечности мира меньше нужно привязываться к благам мира: требующий мира сего (живущие по-светски*) должны быть яко не требующе, купу-ющии, яко не содержаще, имущий жены, яко не имущий да будут (1 Кор. 7, 29—31).

В достижении душевного мира и радости состоит главная цель жизни человека на земле и по достижении его — истинное счастие его, которого ищут все, но не теми средствами, какими должно; но молитва, с верою и с сердечным сокрушением произносимая, и причащение пречистых Тайн доставляют человеку этот мир и эту радость; значит, молитва и причащение (разумеется — более или менее достойное) ведут человека к истинному счастию, и значит, когда ты достиг этого, ты достиг цели своей жизни. А научившись из опытов, не только из Писаний, что молитва и при чащение животворящих Тайн ведут тебя к истинному счастию, полюби от всей души и ту, и другое. — Достойно удивления: Бога мы не видим, но ощущаем, живо ощущаем Его в Его действиях на нашу душу, например во время молитвы, по принятии Святых Даров, так что свидетельства внешних чувств ниже по своей достоверности этого душевного ощущения. Какая надобность до того, что я не вижу или не слышу того, что по своей природе не подлежит грубым чувствам? Кристалловидный зрачок или слуховые органы, как вещество немощное и само по себе мертвое, конечно, весьма ограничено в своих действиях и служит только для зрения вещества или слуха, и то не всякого: есть вещи, которые по ничтожному своему объему или по отдаленности незримы. Достовернее гораздо ощущение души, которая имеет у себя в услужении и все чувства внешние.*

' Далее в рукописи следует слово, не поддающееся прочтению.

О пользе водяных сообщений и о пользе воздуха или ветра при них (об иностранных кораблях, стекающихся, как птицы, к нашему городу).

В 4-й день творения. Зная, что Отец Небесный сияет солнце Свое на злыя и благия, дождит на праведныя и неправедныя (Мф. 5, 45), будем и сами делать добро добрым и злым людям.

Говоря в 6-й день о зверях, вспомнить о львах в рове Даниила.

Мир словесный или мир мысли бесконечен, как и мир вещественности (бесконечен относительно).

Далее в рукописи следует фраза (вписанная карандашом), в которой слова, не поддающиеся прочтению, обозначены, здесь многоточием в угловых скобках: <...> некоторые малые сотрясения не слышимы <...>

Сколько ни говори, всего не скажешь, например, о Боге, о душе, вечности или о мире и проч. Оттого во всяком слове может быть что-либо новое или то же, но с другой стороны и при других оттенках.

Не нужно гнаться за множеством при изучении какой-либо науки, особенно когда она преподается мальчикам, еще не развитым и не очень охотно занимающимся своим делом: множество тут часто бывает причиною того, что мальчики не удерживают в голове ничего. Нужно как можно меньше, только яснее.

Отче Небесный! Надеюсь на Твое милосердие и щедроты. Ты не покинешь меня даже и в житейских моих потребностях. Зачем же я так стремлюсь удерживать в руках своих то, что в самой, так сказать, природе своей текуче*. Да будет во всем воля Твоя! Буду я (дай мне это) сохранять любовь со всеми и мир с самим собою, который дороже всего.

Если бы синий цвет неба принадлежал воздуху, то лучи солнца, проходя сквозь него, также были бы синего цвета, но этого нет, следовательно, цвет воздуха не синий. Синева есть следствие отражения лучей солнечных от земли на воздушное мрачное пространство, а как свет солнца есть белый, то белый цвет, соединяясь с черным, какова тьма, и дает синий цвет. Отчего на заре цвет воздуха красный?

«После отречения брата Константина Павловича вы присягнули мне как законному своему Государю и поклялись стоять за меня и мой дом до последней капли крови. Помните — присяга дело великое. Я требую теперь исполнения. Знаю, что у меня есть враги, но Бог поможет с ними управиться». Слова покойного Государя Преображенскому батальону.

'Далее в рукописи следует слово, не поддающееся прочтению.

Хвалите Господа небеса небес и вода, яже превыше небес (Пс. 147, 4). Древние верили, что выше небес есть вода, которая и ниспускается на землю по воле Господней и орошает ее в виде дождя. Когда говорится о потопе, то и там говорится, что хляби небесные отверзошася (Быт. 7, 11). Давид и Моисей говорят приспособительно к понятиям народа. Боговдохновенность их тут не страдает.

Всякое древо от плода своего познается. Так точно я узнаю моего Господа и Его святое слово и врага моего диавола и его коварное, ложное слово. Когда я вкушаю Тело и Кровь Господа или слушаю Слово Его, мне бывает весьма хорошо: я мирен и весел, а когда позволю себе хоть на мгновение слышать лукавые или хульные внушения духа злобы, мне бывает нехорошо, тяжело. На что больше и лучше свидетельств? Не вера только, а и самый опыт удостоверяют меня в истине всего того, что я делаю по вере. Между тем лукавый силится поколебать мою веру: прочь, злодей!

Везде, где только есть животные, растения, даже камни, там есть Бог: где тварь, там и Творец. Где вода, воздух, огонь, земля, там и Творец или Тот, Кто их создал. Везде, везде я вижу Бога — следовательно также, где люди, там и Бог, но особенно там, где люди благочестивые. — Развить это.

Богословие пастырское. Это неверно; нужно сказать: богословие для пастыря.

Солнце и луна, особенно солнце, освещают землю, как муравейник какой. Представим, что мы можем в день обтечь несколько тысяч верст: обтекли одну тысячу — солнце светит везде одно, другую тысячу — также одно и то же солнце, третью, четвертую и так далее. Как далеко ни уходишь, а никуда от него не убежишь; оно, это светозарное солнце, как будто говорит земле: смотри, я тебя везде вижу и грею тебя, как кокош птенца своего. Я освещаю тебя, точно какой-нибудь небольшой муравейник. Как ты мал предо мною, ты бежишь днем и ночью, но только для того, чтобы подставить все бока свои для освещения и нагревания от меня. Земнородные! Вот дивные дела Премудрости Божией. Такой, по-видимому, небольшой светлый круг небесный освещает разом все земное полушарие, как муравейник: очевидно, что светило это огромной величины, потому что землю оно видит, выражаясь по-человечески, всю разом (то есть все полушарие) и притом освещает ее таким густым светом, что земля точно дымится светом солнечным — так густ и ярок свет от солнца. А свет, как он ни тонок, все есть вещество. Каково же должно быть светило, которое испускает из себя столько света. Вот подобие Божества вездесущего. Вообразите, братия, каково должно быть Божество, Которое движет по своду небес такие светила и нашу землю?

Насаждей ухо, не слышит ли; создавши око, не сматряет ли? (Пс. 93, 9). Развить это. — Заклю чай от твари к творцу: в мире такое бесконечное множество частных жизней — значит, есть Единая Бесконечная Жизнь, Источник жизни частной. В мире бесконечное множество предметов самого мудрого, тонкого искусства — значит, есть Единая Бесконечная Премудрость, раздробившаяся в бесконечном множестве отдельных тварей, но Сама всегда целая и нераздельная, одна и та же, как и человеки не теряют своего ума, сделавши много произведений умственных.

Во второй день творения. Смотря на это небо, вспоминайте, братия, что там — в этих сводах небесных — явится при втором пришествии знамение Сына Человеческого, Крест Его всечестной, паче солнца сияюще, и Сам Господь Иисус Христос, Сын Божий, во славе Отца Своего со всем множеством святых Ангелов — сотворить суд земнородных, положить решительный конец и окончательное воздаяние злу, равно как дать полную свободу и должную награду добру. — Вся полнота жизни там — на небесах. Эти облака берутся от испарений морских, озерных, речных и предохраняют от порчи моря, коих глубина бывает свыше 500 саженей. Почему они высоко, а не низко. — Гром, молния отчего*?

Когда будешь говорить о воде и море, упомяни о чудесах, бывших в той и другом по воле Творца. — О преложении в кровь, о разделении Черм-ного моря, о возвращении назад Иордана, об Ионе и пр., о том, как куст горел, а не сгорел, как три отрока в печи не опалились и пр. Как Спаситель ходил по водам. Не забудь десяти казней египетских. — Об Ионе.*

Далее в рукописи следует слово, не поддающееся прочтению.

О Промысле. Потопление корабля. — Как ничтожна настоящая жизнь и как важна будущая.

Смертию, особенно насильственною, заглаждаются грехи.

Где нет растений? Цветы в домах есть почти у каждого. Наблюдайте за ними, рассматривайте их устройство и... прославляйте Творца.

Небесная Истина! Скажи служителям Истины, ищущим Тебя: Аз есмъ: аще Мене ищете, оставите сих ити (Ин. 18, 8). Покажи мне светлое лице Свое, которое человек без истины хочет закрыть и всячески исказить. Спрашиваете о времени: когда что было? Но по многочисленности проступков и отвечать нельзя, что то-то тогда было, а это тогда, лучше идет ответ: всегда, каждый день**.

Доказать пламенением воздуха, отражением лучей солнечных при закате и по закате на облаках и на самом воздухе вокруг небосклона шаровидность земли; склонением воды — тоже, именно: как суда опускаются как бы в яму, чем дальше от нас удаляются.

+ Объяснить с течением времени все ирмосы, в коих есть много прекраснейших, возвышеннейших мыслей и чувствований христианина; вообще все, что читается и поется в Церкви.

* Слова: Об Ионе. — в рукописи вписаны карандашом. ** Конец фразы в рукописи не поддается прочтению. Текст: Небесная ~ каждый день... — в рукописи перечеркнут.

Говоря о постепенном возрастании растений и животных: о том, как они растут, стареют и умирают, — сказать, что и человеческое тело подлежит тому же закону, только тело мира не стареет, а тело всякого животного, как вместилище маленькой, частной жизни, непременно стареет и умирает.

Если тяжело для мысли читать утренние и вечерние молитвы стоя — в прямом положении, то читай, склонив голову на кресло: это способствует сосредоточению, свободе и ясности мыслей.

Этакая радость, этакое блаженство после причащения: так вот на небеса и улетел бы. Слава Тебе, чудному Богу нашему! Чтобы никогда не забывать такого дара, я счел за нужное записать это для убеждения своего в истине дара и на будущее время.

Действительность и очевидность Промысла над людьми видна из того, между прочим, что Бог посещает иногда людей такими болезнями, которые между людьми очень редки и необыкновенны и прямо указывают на перст Божий самою своею необычностию: например, когда человек целый десяток лет страдает без движения и без ума.

Говори чаще Господу Богу: «Боже! Милостив буди мне, грешному, лукавому, неверному, злобному».

Что ты весь Божий — в этом не надобно убеждать тебя. Самое начало твоего бытия — рождение твое было делом Божиим: чувственного света ты удостоен для того, чтобы с течением времени удостоить тебя умного света. Все о имени Божием совершено было над тобою: все христианские обряды.

Богатые! Исчисляющие тысячи и миллионы своих денег! Умудрились ли вы когда в исчислении, какой самый должайший век человеческий и как число лет вашей жизни, положим, самое большое, относится к числу вашего капитала? Далее, от огромных чисел вашего капитала переходили ли вы к мысли о бесчисленности блестящего металла во всех земных государствах, не говорю: в недрах земли, — а в руках подобных вам людей? А эта бесчисленность, впрочем, только бесчисленность для нас, — не приводила ли вас к мысли о иной бесчисленности, например, бесчисленности лет — не здешних, земных, а небесных, и думали ли вы приобресть это несметное богатство — не денег, не этих тленных игрушек, — а лет блаженства вечного Царства Небесного? — Стоит подумать об этом. А чтобы убедиться, что будет бесконечное продолжение времени, или лучше сказать: будет вечность, — в этом убедиться легко: Тот, Кто создал бесчисленное множество тварей во времени, — а никому точно не сосчитать их, даже Ангелам, потому что Ангелы поравнялись бы в этом отношении с Богом, — ужели ограничил самое время, в котором должны жить твари, особенно когда между ними есть духовные, парящие выше пространства, как бестелесные, и выше времени, как опять тоже не подлежащие законам его, потому что время от вещества и для вещества — и без вещества, без течения, без последовательности его не было бы времени.

Человек создан по образу Божию — что это значит? Вот что: например, ты любишь правду — Бог также любит правду, только в бесконечно высшей степени; у тебя сердце склонно к любви сознательной — Бог тем более имеет любовь к своим тварям; у тебя мысль облетает в мгновение безмерные расстояния — это также подобие Божества, Которое вездесуще. Вообще, что в тебе есть доброго — это есть некоторое ничтожное подобие того, что есть в Боге.

Ты книги духовного содержания покупаешь и читаешь с тем, чтобы образовать себя в добродетелях христианских, например в милосердии к бедным и др. Смотри же, не извращай порядка: не покупай книг только для них самих, оставляя в стороне цель их.

Как отрадно молиться Владычице Богородице, Она исполняет тотчас искреннее желание сердца нашего: небесная радость и мир, превосходяй всяк ум (Флп. 4, 7), водворяются в сердце нашем. Состояние бывает такое благодетельное, так отличное от предыдущего, что нельзя не верить в милость Владычицы.

Некогда Захария не поверил словам небесного вестника Архангела Гавриила и за это получил от него наказание — немоту. Какому же должны подвергнуться наказанию те, которые смеют не верить Владычице Ангелов [Богородице], словам Господа Бога, Коего слова: ей и аминь!

Благодарю Тебя, всеблагий Господи, и за то смирение, которое Ты во мне поселяешь, лишая меня дара веры.

Лики святых апостолов, святителей, мучеников, преподобных и праведных да будут для тебя всегдашними учителями веры и благочестия. Вспоминай о них чаще — и крепись в вере и добродетели.

Чем сильнее скорби здешней жизни, тем больше награды на небе. Это некоторым образом естественно. Так и на земле бывает: чем больше скорбь предыдущая, тем сильнее последующая радость. — Скорби делают нас лучшими или укрепляют нашу добродетель. А так как Бог и с нашей стороны требует некоторого условия к получению от Него великих даров, то исправление наше в скорби или улучшение в добродетели и делается этим условием.

Если ты oblivisceris te* при болезни, которая так разительно напоминает тебе, что всяк человек — гной, то что было бы с тобою, если бы у тебя не было этой болезни и ты был совершенно здоров? Ты совсем oblitus esse temetipsum**. — Прославь же благость и премудрость Божию, научающие тебя смирению чрез это кажущееся зло.

Весьма многие люди не имеют понятия о жизни и потому живут как попало. Разъяснить это понятие. Они ссылаются на большинство людей, что оно так же живет? Но что за дело до большинства? До пришествия Спасителя все люди жили скверно, но на это ссылаться было нельзя.

Представить им, что жизнь мира все течет своим порядком и приближается, непременно при ближается понемногу к концу и что всеобщий Страшный Суд также становится ближе и ближе, что жизнь человеческая — как пар скоропреходящий, а вечность — постоянна.

забудешься (лат.). : забылся (лат.).

Братия! Вам знакомы слова: второе и славное пришествие Господа, Страшное Судище Христово? Если не знакомы или мало знакомы, то познакомимся с ними, или лучше — с теми событиями, на которые они указывают. И мало сказать это: познакомимся; будем постоянно о них помнить утром, днем и вечером. Но память о них будет отравлять как бы ядом ваши мирские удовольствия? — Да, она, точно, будет придавать этим необузданным удовольствиям некоторую горечь, и это прекрасно: в самых удовольствиях вы не забудетесь и не будете предаваться им без ума, как язычники, не знающие лучших удовольствий, не имеющие высоких обетовании в будущей жизни. Братия! Поверьте нам, что мы желаем вам от всей души добра, и если бы не были вполне убеждены, что ваша настоящая жизнь приведет вас к нехорошему концу, то не стали бы отклонять вас от ваших удовольствий. Ручаемся вам своею головою, что вы будете горько сожалеть некогда о каждом часе этих удовольствий, хотя бы даже пришлось вам и покаяться в них. Не имейте в виду примера благоразумного разбойника. Он был благоразумен, потому что покаялся в такие минуты, не имея подобного примера. А вы, зная пример благоразумного разбойника, намеренно откладываете свое покаяние со дня на день. Вас осудит, а не оправдает разбойник.

Останавливайся чаще мыслями на двух рубежах твоего бытия: рождении и смерти — для того, чтобы тебе глубоко смиряться и благоговеть пред Бессмертным и Безначальным Виновником твоего бытия.

1 сентября 1857. Твое неверие дела Божия не упразднит. Ты сегодня во время обедни ранней ослабел в вере пред самым пресуществлением Святых Даров, и тебе было от этого нехорошо; ты потерял небесный мир в душе, но после, возбудивши снова угасшую веру пред принятием Святых Тайн, ты удостоился дара веры в животворящие Тайны и животворно, достойно причастился их. Небесная радость и мир в душе возвестили тебе о милости Божией и о том, что твое неверие дела Божия не упраздняет.

С Божиею помощию мы будем беседовать теперь о сотворении этого чудно-прекрасного, видимого нами мира, и чтобы яснее, тверже и глубже укоренить в вашей памяти это учение, сначала представим мир яснее и раздельнее вашему воображению. Чтобы лучше напечатлеть в уме и памяти учащихся науку землеописания или науку о небесных светилах, наставники в училищах обыкновенно показывают им шар земной или небесный, называемый у них глобусом, на котором в небольшом размере представлено почти все главное, что есть на земле или на видимом небосклоне, и учащиеся таким образом ясно и легко затверживают эти науки. У нас нет шара, представляющего землю или небо, да и он неуместен здесь, а вместо него мы возьмем ваше воображение и с помощию его наперед покажем вам раздельно землю и небо, а потом станем говорить, как что стало: было время, когда ничего этого не было — ни земли, ни неба, ни солнца, ни луны, ни звезд. Словом, никого и ничего.

Начнем с земли: вы видите, как она велика и как на ней много всякой твари — живой и бездушной. Смотря на землю во все стороны, вы замечаете, что она как будто плоска; на самом же деле она кругла, как шар: землеописатели дознали это как нельзя вернее, да и мы сами можем в этом увериться. Вы бываете часто у моря — смотрите вдаль за отходящими кораблями или паровыми судами. Сначала вы видите все судно, но чем дальше оно уходит, тем больше сокрывается от вас низ судна, так что наконец вы видите только паруса или один дым от парового судна, а наконец и это исчезает, как будто бы судно опустилось в яму. Отчего это так бывает? Именно оттого, что земля шаровидна. Если же она кажется нам с первого взгляда плоскою, то это оттого, что мы в сравнении с землею очень малы, а земля — слишком велика и при величине ее покатость ее нам, ничтожным, незаметна. Итак, братия, земля кругла. По всей земле — в океанах, морях, озерах, реках и в других местах — разлита вода, которой так много, что суши на земле только одна третья часть; на суше есть множество высоких гор, которых вершины часто теряются в облаках и покрыты льдами, а у иных гор вершины по временам страшно горят и выбрасывают из себя раскаленные камни и горящую серу. Плоская суша земли, равно как и горы и долины, большею частию покрыта лесами, кустарниками и всякими мелкими растениями. Землю со всех сторон окружает воздух, тонкая, легкая, жидкая и прозрачная материя. Везде вы видите жизнь и до вольство, наслаждение жизнию; на суше вы видите людей, животных четвероногих, пресмыкающихся, в воде живут бесчисленные породы рыб и других водяных тварей; в воздухе видите парящих птиц, насекомых, которые, носясь в воздухе, живут и на земле. Мир Божий полон жизни, так что род человеческий в сравнении с другими тварями по числу своему составляет самую незначительную часть земного населения. Так много тварей на земле. Но наша земля, с бесчисленным множеством разнородных ее обитателей, у Господа Бога есть только один из самых небольших шаров. — Смотря на небо днем или в ясный вечер, вы видите, что круглое, светозарное светило ежедневно, как заведенные часы, ходит от востока к западу. Луна делает противный ход и всегда является на смену солнца вечером; круглые, светлые звезды постоянно являются вечером в известном месте и к утру — в другом, хотя не все. И на небе везде видим движение: все движется издавна до нас, до наших отцов и прадедов, целые тысячи лет — и все так стройно, прекрасно, с пользою для нас, земнородных. — Движение всего мира есть как бы чудная какая-то игра, в которой стройным, дружным хороводом беспрерывно ходят как земля, так и светила небесные, никогда друг друга не покидая, друг другу помогая.

Нам представлено с земли, как бы из средней точки, рассматривать великолепие вселенной. Но на церковной кафедре много распространяться нельзя о положениях и движении земли и светил небесных. Нам нужно сказать только, как все это стало и для чего, и показать благость, всемогущество -- премудрость Того, Кто все так устроил, чтобы души ваши исполнить благоговения, а сердца — признательности и любви к Премудрому Виновнику мира.

Когда молишься в церкви, тогда необходимо иметь в виду словесную паству. И молитвы церковные составлены не от одного лица, а от многих. Читай толкование святого Златоуста на молитву Господню.

Так установил Владыка живота моего испорченного: и рассуждать не хочу, а должен верить (о таинстве причащения).

Болезнь твоя или слабость в теле бывает всегда пред выходом золотухи и недолго. Помни это и будь терпелив с надеждою скоро получить облегчение и очищение.

Боже мой! Против воли моей искренность и простота в молитве бежит от моего сердца! Лукавый увлекает меня. Простри, Владыко, высокую Твою мышцу и яко Петра мя управительно спаси.

Бог учит меня смирению, лишая меня дара веры при животворящих Тайнах.

Смотря на травку, художественно и затейливо украшенную и утре в пещь вметаемую (Мф. 6, 30), я думаю: что стоит Создателю любящее Его разумное создание одеть славою в будущем веке, если Он так одевает ничтожные цветки?

Не все ли равно для Господа, что исткать Свою плоть и кровь во утробе Девы Пречистой, — то сотворить Плоть и Кровь из хлеба и вина во время Литургии? Если то было, верь и этому: это для Бога одно и то же. — Как верно, что после слов священника: и сотвори убо хлеб сей честное Тело Христа Твоего, а еже в Чаши сей честную Кровь Христа Твоего, преложив Духом Твоим Святым* — тотчас бывает преложение в истое Тело и истую Кровь Христову! — Слава Тебе, вразумившему меня, Господи!

Говори себе чаще: моя жизнь есть пар мимолетный. Кая бо жизнь наша? — говорит Апостол, — пара бо есть, яже вмале является, потом же исчезает (Иак. 4, 14).

Люди так привыкли к чудно-прекрасному творению Божию, что охотнее смотрят на подражательное творение человеческое, например на искусственное солнце, на искусственные огни и пр. Пусть здесь изумительно то, что это — дело человека и в нем виден ум человека, но зато оно кратковременно и не может долго продолжаться, и очень ограничено по цели, а небесные светила — тысячелетия огромные, необыкновенно прекрасные и стоят того, чтобы им удивляться целую жизнь. — Не ребячество ли, не детские ли это игрушки?

В молитве всегда представляй безмерное расстояние тебя от Бога и Пречистой Его Матери, а также представляй и величие Ангелов и святых, также далеко, далеко высших тебя, словом: будь смирен до крайности."

Растлевшее естество наше обновлено крестными страданиями и смертию Спасителя; потом при помощи Его от растления откупились жесточайшими трудами и страданиями апостолы и мученики, а преподобные — подвижничеством. Как же дорого это обновление и как должны быть велики будущие блага!

* Молитва священника при пресуществлении Святых Даров. "* Текст: В молитве ~ до крайности. — в рукописи перечеркнут.

Когда нападают на тебя помыслы неверия, скрывайся тотчас от них во глубине смирения, во глубине своего ничтожества.

Полюби Пресвятую Деву Богородицу от всей души, искренно, Она стоит всей любви.

Чтобы слово было сильно, старайся и жить благочестиво: все благочестивые сильны в слове.

Ты пьешь и ешь — и не благодаришь Бога: подумай, как это необходимо, что ты ешь и пьешь? У тебя свободное дыхание. Благодаришь ли ты за это? Есть люди, которые трудно дышат. Ты покойно спишь — за это благодаришь? Есть люди, которые не могут спать. У тебя прекрасное зрение и слух, и ты получаешь от них много удовольствия. Благодаришь ли за это? За все благодаришь ли?

Если разложить пространство, то явится неизбежно, как необходимое следствие, мысль о вечности, теки мысленно вдаль: ты не найдешь конца, а следовательно, и времени.

Движение есть время, помноженное на пространство.

Внеси следующий грех в свою исповедь: соблазнял других, разорил заповедь Божию и научил так человеков (о посте и поминовении умерших).

Есть на земле вещи, которые учат тебя возвышаться горе: это огонь и дым.

Природа есть бессловесный свидетель Божественного всемогущества и премудрости и вместе учитель человека. Если свидетели и учителя ее остаются напрасными для человека по окаменелости его сердца, тогда Бог вразумляет его о Себе иными средствами.

Бесчисленное множество живых, одушевленных, неразумных тварей умирает. Но исчезают ли они? Нет, их жизнь только сливается с общею жизнию природы. Мы не видим, не замечаем этой смены одних живых тварей другими, но если бы замечали, нам представилось бы изумительнейшее зрелище. Как не верить в невидимый мир, когда мы знаем о бесчисленном множестве одушевленных тварей, коих душа, жизнь оставляет и поступает, конечно, в общую экономию жизни? Жизнь есть именно какая-то духовная сила! — Великолепная сцена жизни и смерти тварей, достойная пера даровитейшего писателя! Вообразите эти родники жизни, столько огромные, неистощимые, что из них ежегодно выходит бесчисленное множество животных тварей с разнообразными свойствами! — А эта жизнь в Духе Божием.*

Во время всякой службы ради смирения чаще говори сам себе: «Я — земля и пепел; я, Господи, едва заметный ручеек жизни, который очень недавно стал течь, а Ты — целый Океан и даже несравненно больше, потому что от Тебя проистекла и проистекает всякая жизнь. Я — мгновенное блистание молнии по причине скоротечности, а Ты — незаходимое вечное Солнце. Моя жизнь в моем лице недавно возгорелась и скоро погаснет, а Твоя жизнь — не имеет ни начала, ни конца: вечно светит и никогда не погаснет. Жизнь всех тварей, как лучи к солнцу, относятся к Тебе, только эти лучи, каждый сам по себе, скоропрехо-дящи, если смотреть телесным оком, посияет... да и перестанет, а на место явится другой. Люди и все твари всех веков и всех мест жили Тобою и живут Тобою, потому что Ты — Источник живота. Без Тебя нет жизни — ни физической, ни духовной. Я перед Тобою ничто: и как же это ничто иногда смеет отвергать То, что есть Полнота бытия?*»

Фраза: А эта - Божием. — в рукописи вписана карандашом.

Если есть океан света вещественного (солнце), освещающего земное полушарие, то, без сомнения, есть и Океан света духовного (Бог), Который есть причина первого океана. А чтобы создать такое светило, которое бы светило на такое огромное расстояние, надобно Создателю Самому быть вездесущим и всевидящим.

24 августа. После обедни. Какую неописанную небесную радость произвели в душе Святые Тайны. — Будь же уверен навсегда, что достойно причащающийся действительно соединяется с Богом мира и всякия утехи (Ср.: 2 Кор. 1, 3).

Да не и тии приидут на место сие мучения (Лк. 16, 28). Значит, несомненно существуют муки для грешников.

Представьте, братия, каков должен быть Тот, Кто двигает светила, или светлые шары, по небу. По их величине и по величине их раскатов судите о Его беспредельности, по их благости судите о милости Творца, по их целесообразности — о Его премудрости.

Фраза: Я перед Тобою ~ бытия? — в рукописи перечеркнута.

Ты теперь чувствуешь себя в теле, или чувство бытия своего ограничиваешь телом. Но представь то время, когда душа твоя будет оставлять тело, а вместе с тем и чувство твоего бытия будет выходить из тела и, оставивши его бездушным прахом, будет ограничиваться одною душою и увидит совсем отличный мир? Страшные минуты!

Имей все уважение к слову человеческому, живому или написанному, хотя бы оно было и несовершенно. От неуважения к нему произойдет много бед для твоей души. Особенно слово святого отца стоит всякого уважения, а о Божием Слове и говорить нечего: слушай его всегда, потупив взоры, смиренномудренно.

Помни ежедневно, что солнце твоей жизни с каждым днем все более и более склоняется к западу. Не зазнавайся с Богом и будь смиренно-мудрен. Жизнь каждого человека есть как бы светильник, которому назначено гореть известный период времени, после которого он погаснет.

В каждом человеке, даже самом прекрасном, до поры до времени или до случая, до повода скрывается негодная сторона, которая обнаруживается при случае, иногда тем больше, чем милее был человек, с которым мы были в связях. В каждом человеке много зла.

Братия! Мы не будем ныне стлать вам мягко, или, как говорит и Пророк, подкладывать вам возглавие под каждый локоть, чтобы вам после не пришлось жестоко и без конца мучиться, но выскажем жестокие слова о геенне, чтобы вам избежать ее, пока есть время. Не будем льстить вам ныне и потворствовать вашим слабостям, чтобы вы в будущем веке не сказали нам: «Как же вы, пастыри, Словом Божиим не уверили нас, что есть такая страшная геенна? Мы думали, что она не больше как угроза, или если и думали, верили, что она есть, то забывали, а вы не хотели по долгу своему напомнить нам о ней?» Итак, братия, есть, несомненно есть будущие вечные мучения. В этом уверяет Слово Божие*, писания святых отцов, в особенности святого Златоустого.

Человек при всем своем величии как разумное существо так мал в этом мире, так ограничен, что здесь все его ограничивает: и воздух, и вода, и твердая земля; почти каждое насекомое совмест-ничает с ним — муха, паук, блоха, клоп, педи-куль; последние даже питаются плотию его. Многие животные, или большая часть, для него страшны, немногие — ручные. Птицы парят в высоте и знать его не хотят: у них есть один верховный Владыка — Бог, все они рождаются, возрастают и живут независимо от нас; Отец Небесный питает их, а не мы. Сами мы с дыхания до сна — во всех отправлениях животной природы подчинены посторонней силе, постороннему распоряжению.

Мы дадим ответ Богу, почему не сказали прихожанам всей воли Божией. Потому должны при всяком случае открывать им волю Божию касательно их.

Согласитесь, братия, что там, в высоте, должно быть Царство Небесное. Странно представить, чтобы жизнь была только у нас — на земле, которая есть как бы едва заметная точка в средине неба. Небо беспредельно — там необходимо предполагать всю полноту жизни.

Вы идете паровым судном и огромною силою паров роете влажную стихию; или тою же силою паров заставляете катиться по гладким рельсам непомерные тяжести; или пускаетесь в верхние слои воздуха на воздушном шаре — все это не может не удивлять людей, все эти открытия делают честь уму человеческому. Но и здесь надобно больше удивляться не человеку, а Творцу человека. Человеческий ум есть подобие частично Ума Божия. Притом ум человеческий нашел только средство приложить к жизни уже готовые, давно существующие силы природы. Поэтому я смотрю на произведения ума человеческого и воссылаю славу Творцу, Которому Одному подобает слава. — При всех этих приобретениях человек все-таки пресмыкается по земле и не воспаряет к небу, своему истинному отечеству; даже несколько жалко, что при этих изобретениях человек не умудряется в средствах ко спасению. Ты взлетаешь на воздушном шаре, но только для удовольствия и удивления кратковременного зрителей, а не для сущей пользы их. Столпники, возвышавшиеся на столпах, почтеннее тебя не в пример: возвышаясь от земли телом, они возвышались и духом, а ты или вовсе не возвышаешься и мысли твои все-таки ходят по земле, или возвышаешься, но только тогда, как летаешь. В жидкой стихии ты прорываешь себе путь, но в жизни своей не заботишься проложить путь к небу. Жалко — это ум только земной.

Мы привыкли к природе, и привычка закрывает нам глаза. Устраним ее, хотя на время нарочитого рассматривания чудного мира Божия.

Некоторые христиане не любят церкви или храма Божия вообще, находят себя холодными к молитве. Заставить их полюбить храм Божий. А так как они обыкновенно бывают в этом случае в некотором мраке по отношению к церкви, то осветить их разум ясным раскрытием необходимости и животворности занятий потребностями душевными, поставить на вид их жалкое положение, что они заботятся только об удовольствиях чувственных, о потребностях (слепых) тела; что они идут к погибели. Всякий человек самолюбив: обратить к добру эту общечеловеческую слабость и сказать кому бы то ни было: «Ты, брат, любишь себя; но ты не умеешь любить себя. По своему долгу я поучу тебя, как любить себя», — и здесь раскрыть, в чем состоит истинная любовь к самому себе.

У святого Златоуста есть мысль, что апостолы и святые сделали и сказали больше, чем Сам Господь, потому что Господь Сам немного делал и говорил, а больше предоставил это апостолам и святым Своим (в конце толкования на Послание к Римлянам).

Когда лукавому удастся искусить человека против его воли, тогда Господь, по миновании искушения, принимает его под Свой покров и человеку делается так легко; диавол, взявши, так сказать, с него свой оброк, на некоторое время как бы удаляется и уже не нападает на него с такою силою и ожесточением.

«Я — воплощенный Бог — страдал за тебя на Кресте, пролил Кровь Свою, а ты не хочешь даже верить, что Я — Бог, Спаситель твой, что Я дал тебе в пищу и питие Плоть и Кровь Свою! Чего ты достоин после этого, по собственному суду своему?» — Люди недоумевают беспредельной благости Божией, по которой Он дал в пищу и питие нам пречистое Тело и Кровь Свою, как недоумевают о Небесном Царстве. Дары так велики, что мы, ограниченные, притом лукавые, недоумеваем, как это может быть. Но Богу легче исполнить это, чем нам поверить этому. Ему легче исполнить Свое слово, чем оставить его неисполненным, последнее даже невозможно. Ты иногда, например, недоумеваешь, как преложится хлеб и вино в Тайны, но Богу легче их преложить, чем не преложить.

Для смирения человека невидимая, премудрая, известная сила в природе* без нашего ведома работает. Например, я вижу в известное время цветы, а потом через несколько времени природа дает уже мне плоды. Устранить привычку и посмотреть на эти и другие <?> явления глазом наблюдателя. Так лее и человек образуется в утробе матери невидимо для нас, но тем не менее надежно и премудро. То же и все животные.

Когда мгла облежит землю и до нее не могут доходить лучи солнечные, тогда благовременно представишь себе, что, когда душу нашу облежат страсти, тогда не могут доходить до нас благотворные влияния благодати Божией.

Далее в рукописи следует слово, не поддающееся прочтению.

Всего изумительнее, выше всякой надежды и чаяния то, что Бог стал человеком. А когда сие свершилось, все, что затем ни последовало, и понятно, и естественно (все, следовательно, и Тайна Тела и Крови Христовой). — Слово Златоуста в толковании на Евангелие <от> Матфея, с. 28.

«Поверим, — говорит он в другом месте, — Павлу в том, что он стал горячо любить Христа, когда есть люди в такой же степени (как Павел любил Христа) раболепствующие страстям; что же невероятного в любви Павловой? Потому и слабее наша любовь ко Христу, что вся наша сила истощается на любовь порочную, и мы — хищники, сребролюбцы, рабы суетной славы». — Как прекрасно сказано!

Внутренно я величайший грешник: и невер, и хульник, и ропотник, и самоубийца, и ненавистник, словом, — внутри меня иногда бывает целый ад. Так много во мне зла. И как мучительно претерпевать внутренние мучения греха. Кто хочет удостовериться в действительности вечных мучений и в их жестокости, тот может видеть подобие их в этом душевном состоянии.

Адское состояние души твоей миновало и было при своей мертвящей тяжести непродолжительно (4 часа). После Господь опять воспринял тебя под Свою милость. Научись из этого искренности, простоте веры. Когда при тебе был Дух Божий, тогда тебе было хорошо, а как оставил — дурно, а оставил за неверие или за то, что ты поддался напавшим на тебя помыслам неверия. — Не оскорбляй также Святого Духа небрежным чтением молитв: и за это Он оставит тебя.

Выше всякого сомнения, что радость в сердце, или лучше — во всем существе, после причащения пречистых Тайн происходит именно от достойного принятия их. Когда недостойно причащаешься их, радости не бывает, а — печаль о недостойном принятии их. Как же надобно стараться, чтобы приобщаться их с верою и сердечным сокрушением о грехах.

О погрешностях домашних или посторонних выговаривай спокойно, не сердясь.

Болезни выше наших предосторожностей и предусмотрительности: человек совершенно зависит от Бога и относительно благосостояния тела своего.

Разум есть свет Божий в человеке; в предметах, не превышающих разума, он есть мерило Божией истины; его свет, его внушения должны быть уважаемы нами.

Когда лукавый помрачает мысли твои при наименовании Господа Иисуса, стараясь держать во мраке это приснопоклоняемое и спасительное имя, ты скажи ему: «Лукавый! Ты сам во время земной жизни Господа исповедовал Его Сыном Божиим, как же ты теперь противоречишь сам себе, скрывая для ума моего во мраке Божество моего Сладчай-шаго Иисуса? Можно ли тебе, духу лжи, верить в чем-нибудь?»* А сам себе скажи: «И беси веруют в Бога и трепещут (Иак. 2, 19), как же я так слабо верую и не трепещу, окаянный?!»

Вы хотите в природе видеть образчик того, как Бог везде все видит. Этот образчик вы можете видеть отчасти в солнце. Хотя в тени солнце и не проникает к нам лучами своими, все-таки оно светит по всему земному полушарию и освещает часто самые мрачные места в природе. Но очи Господни тьмами тем светлее лучей солнечных.

Текст: Когда лукавый ~ в чем-нибудь?» — в рукописи перечеркнут.

О поклонении Богу духом и истиною; значение сердца в молитве — на основании Священного Писания и опытов; значение слез на основании сказаний святых отцов и постоянных опытов.

Неверующий! Вера не нуждается в каких-нибудь новых доводах, которыми, как новыми столбами какими, можно было бы подкрепить ее здание. Это здание — вечная, несокрушимая твердыня, которой и вся сила адская не одолеет. Вера наша говорит сама за себя. Ее учение или ее слово живо и действенно, проходя до разделения души же и духа читающего или слушающего, судителъно помышлений и мыслей сердечных (Евр. 4, 12). Слово веры нашей есть слово Самой Истины; за это слово подвизались апостолы, мученики, святители, преподобные и праведные до презрения всем земным. Лице Божественного Начальника нашей веры яснее солнца сияет Своими Божественными знамениями или чудесами, которые говорят за Него неопровержимо ни для какого изувера. (Прямо Божественные чудеса Он совершал Своею силою и при жизни Своей земной и совершает всегда теперь так, что, по Его словам, Он всегда и теперь с нами, никогда от нас не разлучаясь.) Чудеса эти известны, особенно для подвижников в вере и благочестии.

Святость Таинств нашей веры, особенно для того, кто достойно совершает или принимает их с живою верою и любовию и христианским смирением в простоте сердца, очевидна из их животворности и спасительности, особенно Святейшее Таинство Причащения, которое яснее и громче всяких доказательств, самыми последствиями в душе достойного причастника говорит за свою истинность и животворность. Вообще, в нашей вере нет ни праздных имен, ни праздных обрядов без дела; у нас все живо и благотворно, так что если бы какой невер захотел оспаривать что-либо, его обличить можно очень легко, указав на то, как в продолжение целых тысячелетий наши, например, святые, начиная с Пресвятой Матери Божией до Христа ради юродивых, благотворно, подобно светилам, действуют на верных, подвизающихся на земле чад Церкви Христовой, спасая и покрывая от бед, утешая в скорбях, вразумляя в неудобо-вразумительных случаях, подкрепляя веру, согревая сердце, поощряя к делам благочестия и пр.

Больше всего старайся в жизни о том, чтобы поддерживать и возращать веру. Чрез веру мы спасаемся, и вера — основа христианской деятельности; человек без веры живет не по-христиански. Особенно чаще возбуждай в сердце веру в воскресение Господа Иисуса из мертвых: она-то, по уверению Апостола, и спасет тебя: аще... веру-еши в сердцы твоем, яко Бог Того воздвиже из мертвых, спасешися (Рим. 10, 9). Будь уверен, что Бог, воскресивший Иисуса Христа, с Ним воскресит и спосадит на небесных во Христе и тебя, если ты останешься верным Господу до смерти.

Что это значит, что ты ожесточаешься, когда диавол успеет уловить в свой плен? Ты хочешь увеличивать язву, а не исцелять ее? Прибегай к терпению и смиренной молитве. — Ожесточение — оружие диавола. -— Этого только он и добивается. Он торжествует, когда ты ропщешь на всеблагого Бога.

Будь сколько возможно искренен, добр и ласков к своим домашним: тогда все неприятности с их стороны уничтожатся сами собою, тогда ты победишь, по Апостолу, благим злое, если они будут иметь на тебя зло и высказывать его.

Убедись горьким опытом, как болезненно для души торопливо читать священные молитвы при требах. Как жестоко тиранит душу этот грех. Торопливость у тебя зависит от непонятного смущения, которое мгновенно также дается от мнительности или от тя же л ого, мрачного представления, что тебе приходится продолжать труд читать. Старайся же с корнем вырвать самолюбие и леность.

Научись смиренно, горячею молитвою прибегать в душевной скорби под покров Заступницы Усердной пред Богом, Матери Божией. Ты молился Ей — и скорбь твоя, мучительная, как ад, прошла. — Как много случаев для лукавого ввести нас во грех!

Самая мучительность для души помыслов неверия доказывает очень ясно, что эти помыслы — ложные; их лживость доказывает и то еще, что они зарождаются не в спокойном состоянии души и не тогда, как в уме все светло, а тогда, когда в уме господствует, носится какой-то мрак. Светлый ум сейчас может опровергнуть их. Оттого при помыслах неверия тотчас нужно принять самое спокойное и важное положение. Неверие очень лукаво, как всякий вообще грех, и помыслы неверия, как ложные, верно происходят от диа-вола, потому что всякая ложь от него.

Страшное дело! Неверие не представляет ни одного доказательства, почему что-нибудь неверно, неистинно, и почти с непреоборимою силою увлекает бедную душу, все-таки не согласную с ним, на свою сторону, тогда как вера, основываясь на неложном уверении Самосущей Истины, непререкаема, и даже разум может представить множество доказательств на то, что это должно быть так, хотя иногда и непонятным для нас образом. Истина никогда не заставляет верить себе принужденно, а ложь, не имея возможности заставить не верить себе добровольно, употребляет для этого меры насилия и хитрости. — Отец лжи помрачает разум, чтобы человек не видел осязательной для него истины, и в этом ослепленном состоянии влачит его на сторону лжи.*

Боже! Просвещай всегда ум наш.

Не отчаивайся в милости Божией, когда во время домашней молитвы или общественного Богослужения сильно волнуют тебя помыслы неверия; старайся только отражать их всеми зависящими от тебя мерами и не поддавайся им, а когда поддашься, ослабеешь произвольно в борьбе, тогда ты согрешишь.**

Чтобы сердце наше искренно и пламенно обратилось к Богу, для этого нужно растерзать его каким-нибудь горем, а без того — оно лукаво и холодно. Как нива тогда только хорошо произра-щает семена, когда она удобрена и хорошо взрыта, взборождена, — так и сердце наше тогда только приносит плод истинной молитвы, когда оно удобрено чтением Слова Божия или писаний святых отцов, или собственным душеспасительным размышлением и растерзана каким-либо горем.

* Текст: Самая мучительность ~ лжи. — в рукописи перечеркнут. "' Текст: когда во время ~ согрешишь. — в рукописи перечеркнут.

Зачем ты боишься входить в глубину молитвы и потрясти для нее все свое существо, а скользишь только по наружности, только слова шумят у тебя на устах? Приведи в движение не одни уста, руки и глаза, а все существо до глубоких движений ума и сердца! За этот труд получишь награду — сладость молитвы, мир и радость после нее и в самое ее продолжение.

Язык — очень опасная вещь, и диавол, действуя на мысли и сердце наше, побуждает нас высказать языком мысли и чувства, через него от него внушаемые, чтобы или самим нам прийти в смущение и потерять мир, который он всегда хочет отнять у нас, зная его важность и животворность для нас, для наших духовных занятий, или возмутить мир других, поссорить их с нами и таким образом причинить вдруг двойное зло. Примечай за своим разговором, за его ходом. — Бывали примеры, что начинали дружественно, а заканчивали враждой. Любовь везде должна быть правилом. Если же у тебя нет любви в сердце, бойся много говорить; лучше большее молчи.

Когда лукавый будет устремляться на тебя с внушениями неверия и приведет в беспорядок твои мысли, сейчас же водвори спокойствие в душе своей и обрати просительный взор к Богу, чтобы Он прогнал эту тьму в душе и помог твоему неверию.

Ты знаешь по опыту, каких слез, воздыханий, коленопреклонений, ударений в грудь стоит избавиться от тиранства сделанного тобою греха, лишающего тебя душевного спокойствия, дерзновения пред Богом и производящего в тебе смертные мучения. Пусть это будет для тебя наукою — бегать всякого греха как бесчеловечного мучителя. Снова получившей милость Божию после греха и дерзновение пред Ним, благодари Его за это от всей души и моли Его, чтобы Он вперед дал тебе силу не доходить до преткновений.

Господь, по беспредельно великой Своей благости, излил на тебя все благодеяния, какие можно было излить на тебя в твоем звании и положении. Будь благодарен за это. Представь, чего в самой большой мере могли желать от тебя твои родители, тогда как ты в первый раз отдан <был> в научение грамоте? Едва ли не того только, чтобы ты окончил семинарский курс; об Академии едва ли думали, хотя и были из твоего родства люди в этом высшем духовном учебном заведении. А ты прошел и Академию — самый последний предел духовного образования, и потом, завершив образование духовное, сделался духовным лицом — священником.*

Для вещественного, тленного и поддерживающего только тленную жизнь хлеба ты переносишь большие трудности, а для нетленного, поддерживающего нетленную, вечную жизнь души не хочешь перенести и небольших трудностей, ленишься прочитать надлежащим образом Последование к Причащению. Смотри, какое важное противоречие в твоих делах. Если плотской человек будет шептать тебе: «Что за необходимость одно и то же твердить каждый день (одни и те же молитвы и стихи) и утомлять себя таким повторением», — ты скажи ему: «Каждый день я впадаю в одни и те же грехи, потому не должен и лениться повторять одни и те же молитвы, врачующие эти грехи»; далее — хотя для плотского человека повторение одних и тех же молитв, точно, утомительно, но за это после достойного причащения за этот труд Господь вознаградит сторицею: тогда вместе с душою и плоть взыграет радостию. Молись духом — и будет легко и приятно; помни, как хорошо причаститься достойно.

* Текст: Представь ~ священником. — в рукописи перечеркнут.

Пред причастием святых животворящих Тайн никогда не пускайся в бесполезные и вредные рассуждения, которыми лукавый хочет только выиграть время и похитить веру, а верь беспрекословно, что слово Господа есть истина.

Милости Господни исполнь земля (Пс. 32, 5). Не бойся какого-нибудь оскудения от того, что часто и неожиданно посещают тебя гости: ты подражаешь в этом случае Господу, питающему всякую плоть из Своей десницы, и Он не доведет тебя до скудости. — Только бессовестных тунеядцев не допускай до своей трапезы, а благонамеренных людей — всегда, будь к ним искренен, добродушен, гостеприимен, ласков. Это есть добродетель. Вспомни об Аврааме.

Если злая сила станет колебать и смущать ум твой сомнениями о предметах веры, ты скажи: «Людьми, в тысячу раз умнейшими меня, все это исследовано и передано для несомненной веры народу, а потому и смешно и грешно было бы еще не верить всему, что предано нам святыми отцами и прежде всего Словом Божиим.

Если колеблют, возмущают тебя помыслы неверия чему-нибудь, касающемуся веры Христовой, взгляни на Крест, на образ Спасителя; а если ты находишься в церкви — на целые лики святых, подвизавшихся в вере. Именно — на лики: пророков, апостолов, святителей, мучеников, преподобных и праведных; пусть они громогласнее всякой трубы изобличают твое глупое, низкое, малодушное неверие, при каждом твоем воззрении на них — умственном или телесном.*

Ты иногда в молитве к Богу, или Пречистой Матери Божией и святым, или только при наименовании их не хочешь надлежащим образом произнести имен их. Как это грешно! — Спаситель, например, терпел для тебя Крест, гвоздие, копье, а ты ленишься надлежащим образом помолиться Ему, даже назвать хорошенько имя Его; святые подвизались для Него различным образом, иногда мученически, а ты не хочешь почтить их памяти благоговейным произношением имен их!

Молитвы утренние и вечерние — средства благополучно провести день и ночь. Поэтому говори их с полным усердием и любовию, внимательно, неспешно.

Текст: Если колеблют ~ телесном. — в рукописи перечеркнут.

Чтобы молитва наша была действительна, успокаивала нашу душу и радовала нас, для этого нужно очень немного: искренняя простосердечная вера в Бога, смирение и желание иметь то <?>, о чем молишься.

(Ты сделал сегодня первый опыт надлежащей, неспешной, пословной молитвы и убедился опытом, что такая молитва и легка и успокоительна в высшей степени и видимо приятна Господу Богу; кроме того, хотя, по-видимому, она длинна, потому что каждому слову дается вес и время для полного произношения и каждое слово успеет сообщить душе соединенное с ним понятие или чувство, — но она вовсе не кажется продолжительною, так как душа не замечает времени, погрузившись в молитву совершенно. Между тем прежде, когда ты говорил молитвы спешно, они казались тебе очень продолжительными, хотя иногда ты и сокращал их. Научись же после этого всегда произносить молитвы с должною расстановкою, по слову.)

Человек лукавый и неверный! Отыми лукавство от души своей, и тогда вера будет жить в твоем сердце, иначе ты достоин всякого гнева Божия. Откуда мрак такой в душе твоей, что ты не веришь Святейшему, Непреложнейшему? Посмотри ты на себя, каков ты бываешь до приобщения и каков после приобщения? До приобщения ты — немощный душою и телом, а после приобщения — крепкий духом и телом; все твое существо трепещет радостию и несказанным, пренебесным миром. Что может быть убедительнее, осязательнее этого? Старайся же всегда простодушно, в простоте веры принимать Святые Таинства!

Кто это у меня старается совсем похитить веру? Видит Бог, что я хочу иметь ее живую и пламенную, хочу возгревать ее, но как назло она совсем потухает. Что это за омрачение? Боже! Сотвори со искушением избытие, яко возмощи мне понести (1 Кор. 10, 13). — Я становлюсь невером. Кажется, наконец, я буду не верить в собственное бытие.

Когда Бог посылает человеку несчастия или когда Он с намерением отвергает его молитву, тогда человек невольно устремляется к Богу и со слезами ищет Его, хотя прежде и был слабым верующим.

Чем знакомее молитвы и чаще обращаются в устах, тем внимательнее нужно читать их, потому что привычка производит в нас невнимательность к знаемому.

Бог преложил огонь в росу для еврейских отроков, что же стоит для Него преложить хлеб в Тело и вино в Кровь? Еда изнеможет у Бога слово? (Быт. 18, 14.)

Господи! Люди Твои, по-видимому отвергающиеся Тебя, чтут Тебя. Воззри: вот ничтожнейший и недостойнейший раб Твой, почтенный от Тебя саном священства, имеет счастие только несколько благоговейно служить Тебе, и город наполняется похвалой ему — недостойному похвалы (потому что он сотворил не больше, как только повелен-ное ему). <...>* не нам, Господи, не нам, а имени Твоему слава (Пс. 113, 9). Тебе Одному, Господи, правда, нам же только стыжение лица. — Да будет же эта слава Тебе, а не мне.

Когда Господь во время совершения Литургии лишает тебя дара веры, то этим Он научает тебя искренности в молитве, простодушной детской доверенности к Нему. — Он видит лукавство сердца твоего, поверхностность молитвы твоей и хочет, чтобы ты был доверчив и прост, как дитя, углубился в молитву до забвения всего земного.

Одно поползновение к сомнению о чем-нибудь священно-таинственном есть уже грех и должно быть непременно уничтожено, а самое сомнение и тем более есть грех, происшедший от нашей гордости, неискренности, лукавства, недоверчивости. Все, еже не от веры, грех есть (Рим. 14, 23).

Когда в душе твоей зарождается чувство ненависти к кому-либо, то ты искореняй его следующим справедливым замечанием себе самому: ты стоишь всей ненависти других за свои грубые, злые наклонности, а не тот человек, которого ты ненавидишь, он стоит всей любви и снисхождения.

Зачем все эти огорчения, укоризны, суды о собрате твоем, обидевшем тебя? — Будь кроток и незлобив и предоставь все Богу, судящему праведно, как и Иисус Христос, Который укаряем противу не укаряше, стражда, не прещаше, предаяше же Судящему праведно (1 Пет. 2, 23). Мне отмщение, — говорит Господь, —Аз воздам (Рим. 12, 19).

У тебя бывает поползновение к сомнению о бытии даже Верховного Существа и троичности Лиц, но подумай хорошенько, можно ли не верить Тому, достоверность чего засвидетельствована

Самим Воплощенным Сыном Божиим, пророками, апостолами, бесчисленными сонмами мучеников, преподобных и праведных и всех святых, и постоянно свидетельствуется ныне в Слове Божием и в самой природе?* В чем только не усомнился еще человек? — Он сомневается иногда даже в себе самом. Смиренно верь. Это — плод внушений злого, гордого духа, который такою химерою хочет уничтожить твою добродетель, твое служение Богу.

Если ты замечаешь в душе своей движение ненависти к врагу и тебе хочется злословить, то вспомни слова Спасителя: любите враги ваша, благословите клянущил вы, добро творите ненавидящим вас (Мф. 5, 44), — и будь покоен. Эти слова как молния просвещают душу во тьме страсти.

Когда молишься, непременно старайся вперить ум свой в Бога и без этого не молись. Иначе молитва твоя будет и тяжела для тебя, и богопротивна: ты будешь только торопиться, чтобы скорее ее кончить, будешь совершать ее поневоле. А от этого и сердце твое будет оставаться каменным, неисправимым, потому что принужденная молитва не умягчает и не исправляет его. — Помни, что Бог всегда видит тебя.

Люди не стали бы роптать в своем несчастии, если бы знали, что оно очень полезно для их вечности.

Часто люди, изумляемые искусством художника-человека, до того пленяются искусством его, что, видя как бы его самого в его произведении, целуют это произведение. Так и мы, смотря на цветок или травку, можем лобызать их, видя в них как бы Самого Творца их.

Текст: У тебя ~ природе? — в рукописи перечеркнут.

Как ты тяжело грешишь против Господа Бога, думая и ропща на Него, что Он дождит в природе не вовремя, потому только (не вовремя), что ты поздно возвращался с прогулки и тебя замочило. Как ты не рассуждаешь, что Бог есть Отец Небесный всякой твари, и тогда как тебе одному дождь причиняет какой-либо вред, миллионам существ он приносит пользу. Раскайся чистосердечно и вперед никогда так не думай. — Отче Небесный! Прости мне всякий грех мой! — У тебя замокла хорошая одежда, но Господь даде, Господь и отъят (Иов. 1, 21). (Хотя далеко не совсем.) Этого ли не выжить <?>*.

Смотри на странствования евреев по пустыне в землю обетованную и поучайся. Несмотря на величайшие, непрерывные благодеяния Божий, они роптали на Бога при малейшей неудаче, при малейшем несчастии, как будто все должно было быть по их воле, а Бог Свою волю должен был подчинить их воле (дерзость)! Такова слепота страстей! Таково самолюбие человека! Но что с ними, неблагодарными, стало? Не вошедши в землю обетованную, они перемерли все жалким образом в пустыне. Этот мир, эта земля есть пустыня; небо — земля обетованная! Ты, как самолюбивый еврей, при каждой неудаче в своем путешествии в землю обетования ропщешь на Бога, несмотря на то, что на кале дом шагу пользуешься Его вели чайшими благодеяниями. Как бы и нам бедственно не погибнуть вне земли обетованной!

* Текст: Как ты ~ не выжить <?>. — в рукописи перечеркнут.

Помни всегда грехи свои — и не забывайся, не высокомудрствуй, а смиряйся, как дитя.

Мы не умеем, неблагодарные и злонравные, пользоваться милостями Божиими, не умеем и не хотим заслужить их преданностию Его всеблагой воле, не сумеем вынести малейшего испытания, мы кругом в милости Божией. Диавол смотрит на нас завистливо и говорит Богу: «Этот человек только в лице благословляет Тебя, потому что Ты всем одарил его; коснись только имения его, особенно костей его, — и тогда будет очевидно, что он благословляет Тебя только за дары Твои, а в несчастии он будет роптать на Тебя, хулить Тебя». И что же? О несчастие! Так и бывает. Как дело коснется нашего самопожертвования, тогда и в самом деле оказывается, что мы способны только в счастии благодарить Бога, а в несчастии ропщем. Враг наш исконный остается в самом деле здесь правым.

Если ты не веришь небесным тайнам веры, указаниям в Откровении и духовно востязуешь-ся, то знай, что ты — душевный человек, а не духовный, безо всякого сомнения. Обрати внимание на свое положение: оно очень неблагоприятно. Слушай, как святое Слово Божие гремит против тебя: душевен человек не приемлет яже Духа Божия: юродство бо ему есть, и не может разу мети, зане и духовне востязуется (1 Кор. 2, 14). А это духовное внутреннее состязание бывает у тебя, cum sacra peragas*. Молись Богу искренно и усердно, чтобы Он сделал тебя из душевного человека человеком духовным.

пока (когда) святое соделываешь (лат.).

Всякое почтение, хотя бы оно было самое высокое, воздаваемое тобою святыне, ничтожно в сравнении с тем, какого она достойна, а потому старайся иметь всегда большее и большее почтение, не ограничиваясь и не обленяясь совершенствовать его.

Как сладки плоды доброго причащения: всю душу проникает радость и мир, и все кругом так приятно, хорошо, как будто все тебе улыбается!

Когда тебя будут возмущать помыслы неверия или хулы, тогда поставь себя в состояние твоей бывшей невинности, когда ты был лет семи или восьми и т.д. и когда ты беспрекословно благоговел пред святынею. Это — сильное оружие против помыслов. Аще не смиритися и будете яко дети... (Мф. 18, 3). Всякий нехороший помысл, малейшее поползновение плоти к лености, всякий колос лености уничтожай в самом начале. Малейшая оплошность с твоей стороны даст ей средства овладеть тобою. Берегись.

Откуда ты взял себе в голову, что все в жизни должно идти по-твоему и вопреки твоим желаниям не должно быть ничто? А твои поступки говорят, что ты так думаешь. Это величайшее заблуждение. Разве ты — Бог? Где же верховная воля Бога духов и всякой плоти? Покоряйся высшей воле и всегда ожидай искушений в жизни. Не по твоей воле многое будет часто случаться.

Что для тебя дороже: здоровье ли во всем подобного тебе человека или деньги, которые во всяком случае Бог может тебе дать, а здоровье, если не совсем утрачено, ничто не возвратит? — Болезнь есть посещение Божие.

Ты думаешь иногда, что препятствуют совершиться Тайне святых Тела и Крови грехи твои? Но какой священник или архиерей без греха? Жертва о грехах и приносится. Да притом якоже величество Бога нашего, тако и милость Его (Сирах. 2, 18): Он столько велик, что если ты каешься в своих грехах, Он презирает их, забывает и все готов сделать для тебя по вере твоей. Итак, с верою и любовию причащайся всегда пречистых Тайн и не думай, чтобы они могли не совершиться. — Помни Литургию в субботу 13 июля. Как особенно хорошо, как бы в раю Божием было тебе после причастия. Именно от живой, искренней веры в Таинство и от сознания своих грехов ты вкусил, яко благ Господь (Пс. 33, 9).

Ты скупишься и негодуешь, когда к тебе приходят гости и истребляют очень незначительную часть твоего имущества. Если бы у тебя в запасе не было ничего или было, да очень мало, — тогда твое неудовольствие было бы основательно. Но если есть порядочный запас, оно вовсе неосновательно. Рассуди, что дороже: деньги и покупаемые на них мертвые вещи или приобретаемое чрез них дружество существ разумных? Притом вспомни, как тебя принимали другие в молодости, питали, грели, ласкали. Брось скупость. Она — глупость.

Ты иногда радуешься падениям твоих врагов или перемене* счастливых обстоятельств на не совсем благоприятные. Это — грешно и неблаго разумно. Грешно — потому что противно любви к ближнему; неблагоразумно — потому что это может случиться и с тобою, и тогда порадуются и твоей беде. Кроме того, в то время, как ты радуешься перемене обстоятельств другого, Бог видит и тебя, и этого другого человека, видит и твое злорадование, видит и душевные качества другого, может быть, гораздо лучшие твоих; почему Бог и наказывает его, исправляя его погрешности.

Далее в рукописи следует слово, не поддающееся прочтению.

Восходя от настоящего живого общества священноначалия по лествице веков, мы доходим наконец до первых преемников апостольских, а таким образом — до апостолов и Самого Господа Иисуса Христа. Последствие должно иметь начало. Представляй чаще эту живую, величественную цепь церковных пастырей и учителей."

* Текст: Восходя ~ учителей. — в рукописи перечеркнут.

Когда внутри тебя восстают помыслы гордости, услаждающие тебя видом какой-либо добродетели, отвергни их мыслию, что мы сами по себе не способны и помыслить от себя что-либо доброе, но вся способность наша от Бога.

Когда призываешь в молитве Духа Божия, чтобы Он пришел и вселился в тебя, подумай хорошенько о величии Его. Помни, что жизнь твоя от Него. Ибо что такое жизнь твоя? Это — ничтожная частица той жизни всеобщей, которую Он разлил во всем мире. Ты имеешь двоякую жизнь от Духа Божия: низшую, или физическую, и высшую, или духовную, о благоустройстве которой ты должен особенно заботиться как о не имеющей конца, притом и поврежденной грехом. Жизнь физическая у тебя общая с животными и растениями. А жизнь духовная у тебя должна быть общая с жизнию Ангелов. Одна жизнь — в теле, другая — в душе. —

МОЛИСЬ В ТИШИНЕ ЧУВСТВ, НЕ ТОРОПЯСЬ

В части о падении человека поместить мысль: отчего люди вообще так неохотно молятся Богу, читают священные книги, называя их сухими и вовсе не занимательными. От испорченности.

Ты очень недалек от ничтожества и в своем бытии — ничтожен. Чтобы быть тебе чем-либо, привяжи себя верою к Полноте всякого бытия — и тогда будешь нечто.

В самом деле, что значит твоя частная жизнь в составе этой громадной, бесконечной жизни? Чисто ничто. Как пар, улетает она, а на место ее настает другая частная жизнь. Благоговей же пред Источником всякой жизни и прилепляйся к Нему, если хочешь наслаждаться настоящею, пребывающею жизнию — на небе. Смотри, тысячи, миллионы, биллионы частных жизней проходят, а общая жизнь, жизнь мира, природы продолжается, и тебя скоро не будет среди этой общей жизни, а она все будет; по тебе мир будет тот же, люди те же.

Узнай в себе ты любостяжательного человека — и лечись от своей страсти.

Тебе не нужно употреблять много масла коровьего в пищу — вредно для золотухи.

О Промысле Божием можно составить превосходную беседу. Представить живо, как Бог, хотя незаметно для других, но явно для тех, над коими Он являет Свой отеческий Промысл, действует в мире: больные и разные другие несчастные грешники или и благочестивые. Но то несомненно особенно, что Бог не попустит твари Своей в слепом самозабвении величаться земными благами: красотою, богатством, здоровьем, дородством или — самыми пороками. Священник больше всех может видеть Промысл Божий над людьми. — Из Евангелия. Башня Силоамская.*

Текст: Из ~ Силоамская. — вписан в рукописи карандашом.

Сон: я служил обедню один, без диакона. Когда Святые Дары были уже освящены и я причастился, является маленький мальчик, довольно неопрятный, у престола, заводит речь о Святых Тайнах, отзывается о них нехорошо, как (о ужас!) о каком-то сиропе, а не о Теле и Крови, сам берет лжицу и пробует их, снова повторяет то же и — уходит. В доказательство, что это — Кровь и Тело Господа, я указал ему последствие после причащения — радость в душе, которой не было бы, если бы мы причащались какого-нибудь обыкновенного сиропа. Когда он уходил, я трижды проклял его за уничижение Тайн Господа. Вскоре я встретил испуганного диакона Александра, который говорил, что он слышал об этом обстоятельстве. Я высказал ему мысль, не подослали ли этого дерзкого мальчика от себя раскольники? Это был дух злобы.

Ты очень изнежился в счастии и стал очень нетерпелив. Но терпение необходимо: приучайся к нему непременно. Ты иногда забываешься и недоверчиво смотришь на некоторые очевидно истинные <?> положения веры; ты горд от той же изнеженности. Но посмотреть бы на тебя в твоем первобытном состоянии: стал ли бы ты таким недоверчивым; не напротив ли, ты был бы совершенно доверчив к вере во всем, как дитя?

Как ни вкусен обед, или вообще — блюда, никогда не увлекайся ощущением вкуса и не обременяй своего желудка, а с ним и души множеством пищи.

Сон: бутылка хорошего калибра, оброненная каким-то купцом и поднятая с площади (в столице), и таможенный штраф за нее 5 рублей серебром (бутылка была с полуотбитым дном: как строг ответ за неправильное приобретение). Сны учат нас притчами, а не прямо, их надобно всегда растолковывать.

В церковь старайся ходить всегда в чистой одежде. Аще и внешний наш человек тлеет, обаче внутренний обновляется по вся дни (2 Кор. 4, 16).

Когда тебя одолевает насморк и хрипота и в груди тяжелеет, не бойся: это натура усиливается извергнуть лишние мокроты. Переноси с твердо-стию. Меньше ешь и пей: от невоздержания скопляется много нечистот. Недаром невоздержание почитается причиною болезней.

Если бы ведали люди в этой жизни, яже к смирению своему, об обстоятельствах своей кончины, то не стали бы поступать так, как поступают многие. Ныне же премудрым устроением Промысла это скрыся от очию их. Думали ли жители Иерусалима, так неслыханно наругавшиеся над Божест венным Искупителем и умертвившие Его на Кресте, что им придется так жестоко потерпеть за свое злодейство при разрушении Иерусалима. Ах, если бы ведали иудеи, яже к смирению своему: ныне же скрыся от очию их. Ах, если бы и ныне злые люди, ругающиеся жизни и делам людей благочестивых, угнетающие их и доводящие, может быть, до гроба, ведали, яже к их собственному смирению: ныне же скрыся от очий их премудрыми судьбами Провидения (чтобы дать свободу человеческим действиям и не стеснять их воли). Но отчего Небесное Правосудие не сейчас карает преступление, а большею частию спустя значительное время: например, Иерусалим наказан через 40 лет? Равно как и ныне это заметить можно: жертва злобы уже давно во гробе, а злодей еще в живых и благоденствует, хотя рука Господня наконец и над ним отяготеет всею Своею силою? — Вероятно, потому, что во все это время еще наполняется мера долготерпения Божия, которое бесконечно превышает терпение человеческое.

Не высока твоя добродетель: ты делаешь добро только тогда, когда с твоей стороны не требуется самопожертвований. (Сон: малютка, изъеденный коростою, у какого-то здания); Левашов <?> и другие — лучше тебя. Более мой! Пророчество! Отец протоиерей Нектарьевский, покойный, принят Богом милостиво после своей смерти. Бог даже наградил его за его попечение о храме Божием: знаменательный, гадательный сон. (Звездочка или кокарда на лоб дворнику, который будто бы умер. Покойник говорил, что получил бы дворник эту звездочку, если бы дожил, по новому расписанию форм для чиновников граж данских и военных и для лиц, служащих при казенных зданиях. Под дворником нужно разуметь его, потому что он был попечителем о доме Божием; как дворник заботится о чистоте обыкновенного дома, так попечитель о доме Божием — о благолепии и чистоте его. Лицо протоиерея цвело здоровьем. На голове была новая чистенькая камилавка.)

Не говори, что награды некоторым монашествующим идут даром: у них есть большие труды.

Наведение* из-за развития растений, зачатия и возрастания животных к тому, что Бог вначале сотворил мир из ничего. Растения и животные развиваются из микроскопического семени, бывают с течением времени видимы от неявленных подобно векам мира, или лучше — самому миру.

* Рассуждение (устар.).

Верою разумеваем совершитеся веком глаголом Божиим, во еже от неявляемых видимым быти (Евр. 11, 3).

Насыщение пяти тысяч народа пятью хлебами: чудо" природы.

Господь любил Марфу, как и Марию, несмотря на то, что пеклась и молвила о мнозе службе (Лк. 10, 40), то есть думала больше о житейском. И наших Марф, верно, Он не отвергнет, только бы они были простосердечны и усердны ко Господу.

Чтобы жить покойно и здорово, нужно жить больше в мире внешнем воспоминанием и вооб ражением и меньше обращать внимания на свое тело, уничтожать неприятные мысли и чувства и заменять их лучшими, на все смотреть равнодушно и никогда не горячиться.

* Далее в рукописи следует слово, не поддающееся прочтению.

Чтобы чтение тобою молитв было неспешное, ясное и раздельное, для этого нужно каждому слову посвящать столько времени, чтобы в голове успело родиться понятие о предмете, в слове выражающемся, или чтобы родилось представление о предмете. Тогда чтение будет и легко, и ясно, а без этого условия язык будет испытывать необыкновенную трудность в своем обращении. Спокойствие духа также необходимо при чтении.

Господи! Оттого, что мы всем своим существом принадлежим Тебе как Творцу, в несчастии мы ропщем на Тебя, говорим Тебе если не вслух, то про себя дерзости. Но когда счастливы, тогда меньше думаем о благодарности Тебе, чем сколько ропщем в несчастии. Вот Ты поразил временною тоскою телесный состав мой, и я выхожу из себя. Иной человек долго не хочет знать Тебя как нежного Отца в своем счастии, но когда посетит его несчастие, он ропщет на Тебя, а не на себя... И это оттого, что над нами, грешными, Твоя держава, Царство и сила!!! О твари неблагодарные!!!*

Каждый раз, когда страсть одолевает тебя, стань пред образом на колени и с сердечным вниманием читай: Помилуй мя, Более!"

* Текст: Господи! - неблагодарные!!! — в рукописи перечеркнут. ** Текст: Каждый раз ~ Боже! — в рукописи перечеркнут.

Наемник оставляет овцы и бегает (Ин. 10, 12). Наемника сейчас можно видеть: он не имеет искренней любви к разумным овцам. Он оставляет овец своих, так сказать, на каждом шагу своим радением об их пользах духовных и телесных, своею молитвою, своим поучением и назиданием. Если и молится о них, то молится больше механически, по известным, готовым молитвам; если и учит, то больше с тем, чтобы показать свою ученость. Если и назидает, то больше притворно, по долгу и по вопиющей необходимости. О, как прекрасно Господь охарактеризовал наемников! Действительно, наемник большею частью оставляет овцы и бегает в самые критические для овец минуты: когда им угрожает опасность соблазниться, заблудить от пути истины или с пути доброй жизни, и даже когда овца лежит на смертном одре. (Он и тогда скорее обращает свое внимание не на выздоровление пасомого, а на его смерть, особенно если это волнистое пасомое, потому что часть шерсти достанется в случае смерти и ему.)* Верно слово, что единственно добрый Пастырь есть Господь наш Иисус Христос. Вот пример для нас, пастырей, как полагать за пасомых, в случае надобности, душу свою, вот образ поведения пастыря пред своими пасомыми. Итак, наемник оставляет овцы и бегает. Бойся ты быть наемником. Будь совершенно искренен к своим пасомым, и ни одна мысль лукавая да не гнездится в тебе, как ядовитая змея, опасная не столько для других, сколько для тебя; поставляй себя во всех случаях жизни пред испытующим сердца и утробы Богом. Старайся всегда иметь око ума светлым и не омрачай его темными страстями. (Знай, что выше: духовная польза пасомых или твоя — вещественная, карманная, спасение души или звонкий металл.)

" Текст: (Он и тогда ~ и ему.) — в рукописи перечеркнут.

Братия! Будем всю жизнь стараться о том, чтобы усвоить не только своему уму, но и сердцу истины христианской веры, особенно истину об искуплении нас от вечной смерти Сыном Божиим и о наследии вечной жизни на небе. Емлися за вечную жизнь, — писал Апостол к Тимофею, — в нюже и зван был ecu (1 Тим. 6, 12). Без этого усвоения жизнь наша, нравственное совершенство наше или вовсе не будет подвигаться вперед, или даже будет нисходить вниз, — чего в христианстве не должно быть: мы призваны во святость, а не на нечистоту.

Когда будешь сочинять беседы к прихожанам, смотри на них как на облагодетельствованных с ног до головы тварей Творца, о Котором ты будешь говорить: представь живо, как много сделал для них Бог и делает постоянно, равно как и сделает.'

Против прекрасных молитв, влагаемых в уста христиан Церковью, у плотского, ленивого человека есть оружие — невнимательность и рассеянность и притворство во время их чтения. Надобно строго смотреть за собою, чтобы каждая молитва была читаема от души, неспешно.

В собеседовании человека с Богом много иногда препятствует ему посредство буквы, вообще материи, чрез которую он должен пробиваться к

Текст: Когда будешь ~ сделает. — в рукописи перечеркнут.

Существу духовному, и самое поползновение плоти останавливается и больше на том, что близко к чувствам.*

Прежде причастия страшных пречистых и животворящих Тайн разбей свое «я», сокруши, уничтожь его.

Во время молитвы и священнослужения непременно старайся быть совершенно спокойным, ничем не развлекаясь и не возмущаясь.

Церковные книги — богатейший рудник мыслей, святых и возвышенных для проповедника. Но этот прекрасный рудник и малоизвестен, и малоценен в глазах прихожан, потому что его не понимают. Извлечь его из этой неизвестности наружу и выставить его в общепонятной форме, выразить языком живым и общепонятным.

Все притчи Спасителя удивительно как метки: как будто все они относятся к нынешним людям.**

Жизнь твоя — от Духа Божия, а потому всем, что есть для тебя приятного в жизни, ты обязан Ему. Благодари же Его постоянно и не забывайся.***

* Текст: В собеседовании ~ чувствам. — в рукописи перечернут. ** Текст: Все притчи ~ людям. — в рукописи перечеркнут. " Текст: Жизнь твоя ~ не забывайся. — в рукописи перечеркнут,         

<

3аписи на третьей стороне

переплета дневниковой тетради

за 1857-1858 годы
>

В деле с Богом, то есть при молитвах общественных и домашних, имей веру и искренность Моисея и др. пророков. Ты — священник и поставлен Богом ходатайствовать о людях Его, приносить жертву за их и свои грехи, учить их. Скажи же Богу: «Что так как Ты Сам благоволил меня, недостойного, поставить на это высокое служение, то благоволи и слушать меня, когда я молюсь о людях Твоих или о себе». — Не бойся: говори с Ним как с Предстоящим: Он слушает тебя. Я коже приял ecu Авелевы дары*

Братия! Вы давно знакомы все с этими великими именами: Отца и Сына и Святого Духа, потому что с самого рождения вашего доныне Церковь весьма часто и на домах ваших, и в (церкви), в храме оглашает нас ими. Отчего же так часто употребляются имена Отца и Сына и Святого Духа? Оттого, что о имени Отца и Сына и Святого Духа все живет и благоустрояется: и это небо со всеми светилами, и земля, и сами мы ими живем, и движемся, и есмы (Деян. 17, 28).

Это сделано не в углу (Деян. 26, 26).

Владычественную Троицу рассматривать 1) в Ее взаимном отношении, 2) в отношении к миру духовному и вещественному, и 3) преимущественно в отношении к каждому человеку — христианину. Например, в отношении к миру — Сын Божий сотворил мир и носит Его сильным словом

Тайная молитва священника на Литургии святого Василия Великого.

Своим; в отношении к человеку — спасает его. Св. Духу всякая всеспасительная вина... скоро вземлет от земных, восперяет, возращает...*

Как же выражать чаще свою веру в Троицу? Молитвою к Пресвятой Троице или делай все во имя Господа Иисуса Христа, благодаряще Бога и Отца тем (Кол. 3, 17).

Об Ангелах добрых. Кто — Херувимы, Серафимы и др. Как велико достоинство Божией Матери, Которую Церковь величает Честнейшую Херувим и Славнейшую без сравнения Серафим.

Tibi non est irascendum: et ira tua semper rixa evenit. Attestor."

В Послании к Евреям прекрасно объяснена Тайна искупления Кровию Христовою всего мира.

О творении мира. По огни глас хлада и тонка, и тамо Господь (3 Цар. 19, 12).

Бог все сотворил и везде, и чрез все действует: Он на воде, в огне, в духе бурном. Оттого-то, что Он*** Творец мира, ходил по воде, вознесся посредством воздуха, бурю превращал в тишину, прелагал огнь в росу и пр.

О троичности Лиц в Боге. Едино три Лица — едино по существу. У Них одна воля, одно хощение, равно сила и величество. И нас Господь хочет соединить любовию в себе: Хощу, да и тии в нас едино будут (Ин. 17, 21).

Вы часто слышите, братия, в церкви и на домах приснопоклоняемые имена Отца и Сына и Святого Духа. Церковь употребляет их очень часто, как слышится имя царя в каком-нибудь важном присутственном месте. Это — Бог ее и Царь вселенной.

Церковь употребляет эти имена чрезвычайно часто и этим хочет внушить нам, что как сама она живет и существует Им, так и мы живем Им, и движемся, и есмы (Деян. 17, 28). Как сын весьма часто употребляет имя своего отца и даже прибавляет к своему имени его имя, облагодетельствованный — благодетеля, друг — своего друга, раб — имя своего господина, — так Церковь и мы, верные чада ее, употребляем имя Отца и Сына и Святого Духа, Бога нашего Отца, Благодетеля, Друга и Господа.


* 1-й Антифон 6-го гласа в неделю утра.

** Тебе не следует гневаться: и гнев твой всегда приводит к ссоре. Свидетельствую (лат.). "'Далее в рукописи следует слово, не поддающееся прочтению.


Вы слышите часто также: Пресвятая Троице, Царю Небесный, Отче наш. Первое лице Святой Троицы — Бог Отец — есть Отец наш, единственный, по слову Спасителя: Отца не зовите себе на земли: един бо есть Отец (Мф. 23, 9); Отец, по Которому называется всякое отечество на небе и на земле, Отец щедрот и всякия утехи (2 Кор. 1, 3).

Дух Святой говорит чрез пророков. Познакомить с Его проречениями.

Добродетель бессмертна.

УКАЗАТЕЛЬ ИМЕН

Авва Дорофей (t 620) — преподобный из обители аввы Серида; автор книги «Поучения. Послания. Вопросы и ответы» — 238.

Авраам, первоначально Аврам (2000 г. до Рождества Христова) — св. праведный праотец, послепотопный патриарх, родоначальник двух народов: евреев (через Исаака) и измаиль-тян (через Измаила) — 256, 279, 349, 463.

Адам — родоначальник человечества; прожил 930 лет. По церковному преданию, погребен на Голгофе, на месте, где потом был водружен Крест Спасителя — 57, 299, 337.

Анна Благоевангельская — 29.

Антоний Сийский (t 1556) — преподобный, основатель и первый игумен Свято-Троицкого Антониево-Сийского монастыря (Архангельская губ.) — 274.

Арий (256—336) — ересиарх; в 325 г. был осужден I Вселенским Собором — 370.

Варлаам преосв. Вероятнее всего, Варлаам Успенский (tl876) — архиепископ. Возглавлял Архангельскую и Холмогорскую кафедры в 1845—1854 гг. — 323.

Василий Великий (ок. 330—379) — святитель, архиепископ Кесарии Каппадокийской; Учитель Церкви, проповедник. Автор многих духовных сочинений, в том числе молитв, канонических правил. Составил чин Божественной литургии — 236, 287.

Василий, малютка — 344.

Василий, иерей. Вероятнее всего, Василий Михеевич Чернявский (t 1874) — священник Троицкой кладбищенской церкви в Кронштадте — 45.

Геннадий (t 1506) — святитель, архиепископ Новгородский — 126.

Григорий Богослов (329—389) — святитель, архиепископ Константинопольский, Учитель Церкви. Автор многих духовных сочинений — проповедей, слов, писем — 55, 236, 341, 391.

Давид — св. пророк, псалмопевец, второй царь израильский, царствовавший с 1055 по 1015 г. до Рождества Христова. Автор псалмов — 175, 186, 204, 321, 334, 377, 405, 433.

Даниил (600 г. до Рождества Христова) — св. пророк — 431.

Дорофей, см. Авва Дорофей.

Ева — праматерь, жена Адама — 337.

Ефрем Сирин (t 373—379) — преподобный; автор многих духовных сочинений, в том числе покаянной молитвы: «Господи и Владыко живота моего...» — 236.

Елена Павловна (1806—1873) — великая княгиня, дочь Вюр-тембергского принца Павла, жена великого князя Михаила Павловича — 119.

Захария (I в.) — праведный, пророк; отец св. Иоанна Предтечи — 439.

Зосима Соловецкий (t 1478) — преподобный, чудотворец — 274.

Иаков (ок. 63) — св. апостол от 70-ти; брат Господень по плоти. Первый епископ Иерусалимской церкви. Составил чин Божественной литургии. Автор послания — 409.

Иаков (он же Израиль) — второй сын ветхозаветного патриарха Исаака; брат Исава — 208.

Игнатий Богоносец (t 107) — священномученик; архиепископ Антиохийский. Ученик св. апостола и евангелиста Иоанна Богослова — 139.

Иероним Стридонский (342—420) — блаженный; Учитель западной Церкви. Автор многих духовных сочинений, в том числе латинского перевода Ветхого Завета, известного под названием «Вульгаты» — 250.

Илиодор преосв. Возможно, Илиодор (IV в.) — епископ Трикки в Фессалии. Друг и адресат известных писем Иеронима Стри-донского — 250.

Илия (IX в. до Рождества Христова) — св. пророк. За пламенную ревность о славе Божией был взят на небо живым в огненной колеснице — 309.

Илия Михайлович Сергиев (1808—1851) — отец святого праведного отца Иоанна Кронштадтского — 145.

Иоанн Богослов (t 98—117) — св. апостол и евангелист; один из самых близких учеников Господа — 309, 334.

Иоанн Златоуст (347—407) — святитель, архиепископ Константинопольский; Учитель Церкви, проповедник. Автор многих духовных сочинений, в том числе толкований, слов, писем. Составил чин Божественной литургии — 15, 130, 236, 445, 450, 453, 455.

Иоанн Лествичник (t 649) — преподобный. Автор книги «Преподобного отца нашего Иоанна, игумена Синайской горы, лествица» — 236.

Иоанн Предтеча — св. пророк, Предтеча и Креститель Господень — 107, 200, 258, 304, 426, 427.

Иов Многострадальный (ок. 2000—1500 гг. до Рождества Христова) — праведный — 44, 45, 280, 338.

Иона (VIII в. до Рождества Христова) — св. пророк из числа 12 малых пророков — 435, 436.

Ирод Антипа (I в.) — царь галилейский, приказавший обезглавить св. Иоанна Предтечу. (См.: Мк. 6, 20; Лк. 23, 8.) — 304.

Исаак Сирин (VII—VIII вв.) — преподобный. Аскет Церкви. Автор книги «Слова подвижнические» — 117.

Исав — старший сын ветхозаветного патриарха Исаака; брат Иакова — 208, 281.

Исайя (VIII в. до Рождества Христова) —- ветхозаветный пророк; сын св. пророка Алиха — 16.

Иуда Искариот — был выбран в число Двенадцати Апостолов. После предательства Господа удавился — 133, 328, 378, 387.

Константин Павлович (1779—1831) — цесаревич и великий князь; второй сын императора Павла I — 432.

Корнилий (I в.) — сотник (см. Апостольские Деяния, гл. 10) — 196.

Лазарь Четверодневный (I в.) — праведный; епископ Китийский. Брат еванг. сестер Марфы и Марии — 33, 48, 264, 268.

Левашов <?> — 479.

Любимов Гавриил Маркович (t 1899) — протоиерей Пантелей-моневской придворной церкви в Ораниенбауме; устроитель церквей, благотворительных учреждений — 119.

Магомет (Мухаммед) (ок. 570—632) — основатель ислама — 370.

Македонии (IV в.) — ересиарх; был осужден II Вселенским Собором — 370.

Мария — 29.

Мария Александровна — 29.

Мария Египетская (t 522) — преподобная — 91.

Марфа и Мария — сестры Лазаря Четверодневного праведного, которого воскресил Господь накануне входа в Иерусалим — 480.

Матфей Веселовский (t ?) — священник с 1848 по 1855 г. Кронштадтского Андреевского собора; с 1855 по 1876 г. — ключарь, протоиерей там же; в дальнейшем — архимандрит Мел-хиседек, настоятель Оренбургского Свято-Глуховского монастыря — 383, 398.

Митрофан Воронежский (1623—1703) — святитель, епископ Воронежский, в св. схиме — Макарий — 335.

Моисей (t 1531 г. до Рождества Христова) — св. пророк, Бого-видец. На Синайской горе принял от Господа 10 заповедей — 120, 293, 350, 357, 433, 485.

Нектарьевский Василий Кузьмич (t 1857) — протоиерей, настоятель Кронштадтского Андреевского собора — 107, 479.

Нестор — соловецкий старец — 196.

Николай (t ок. 345) — святитель, архиепископ Мир Ликийс-ких, чудотворец — 48, 49, 313, 336.

Николай I Павлович (1796—1855) — император с 14 декабря 1825 г., третий сын императора Павла I — 214, 215, 433.

Онисим (t ок. 109) — св. апостол от 70-ти, епископ Ефес-ский — 24.

Павел (t 67) — св. первоверховный апостол, ревностный проповедник Евангелия, автор 14 посланий — 34, 72, 303, 321, 322, 359, 376, 455.

Павел Васильевич Трачевский (t 1895) — настоятель Кронштадтского Андреевского собора с 1857 по 1895 г. — 383.

Павловская Анна Андреевна — 29.

Пелагея, малютка — 344.

Петр (t 67) — св. первоверховный апостол; брат св. апостола Андрея Первозванного. Один из ближайших учеников Господа. Проповедник Евангелия. Автор двух Соборных посланий — 89, 156, 171, 308, 370, 384, 416, 419, 445.

Савватий Соловецкий (t 1435) — преподобный, чудотворец — 274.

Сергий (1314/1319—1392) — преподобный, игумен Радонежский, всея России чудотворец — 335.

Соколов Ал. Ив. — священник — 118.

Соломон — сын св. пророка и царя Давида; третий царь израильский; строитель Иерусалимского храма — 264, 405.

Таратин Александр Иванович (t 1899) — диакон Кронштадтского Андреевского собора с 1842 по 1875 гг.; в 1875 г. рукоположен во священника; в 1897 г. возведен в сан протоиерея — 107.

Тимофей (t ок. 96) — св. апостол от 70-ти; епископ Ефесский — 483.

Толстой Алексей Константинович (1817—1875) — граф, русский писатель, поэт, драматург — 75.

Филарет (греческий). Вероятнее всего, Филарет Вафидис (t кон. XIX в.), митрополит Касторийский, профессор богословской школы на острове Халки в Мраморном море; в 1884—1886 гг. напечатал двухтомную историю Православной Церкви и учебник по тому же предмету — 368.

Филарет (1779—1857) — митрополит Киевский и Галицкий. В схиме Феодосии. В миру Феодор Георгиевич Амфитеатров — 373.

Филимон (I в.) — св. апостол от 70-ти; епископ Газский — 24.

Шульгин Федор — 349.

Яковлев — чиновник — 132.

Оглавление / Дневники / Эта страница